Терпила

Терпила

Сергей Семенович Монастырский

В кинотеатре на последнем ряду начиналась их любовь, их молодая семейная жизнь, и дорога по этой жизни казалась счастливой и бесконечной. Счастливой она была временами. А трудной – всегда. О том, как в начале девяностых прожило их поколение, потом поколение их детей, рассказывается в этой небольшой повести.

Сергей Монастырский

Терпила

– Нам на последний ряд! – Владимир протянул в окошко кассы деньги.

Кассирша взглянула из окошечка и, увидев из-за спины Вовки Тамару, сказала ехидно:

– Все хотят на последний!

Залы кинотеатров в те времена были большие, и, как правило, на предпоследний ряд билеты никто не брал.

– Вов, а как кино-то называется? Шепотом спросила Тамара, когда в зале погас свет и пошли первые титры.

– Да кто ж его знает! – торопливо ответил Владимир и судорожно прижал к себе Тамару.

Полтора часа прошли как во сне. Хорошо, что громкая музыка, и разговоры героев фильма заглушали звуки их поцелуев и судорожных вздохов.

Не выдержав, Тамара запустила ладонь в карман его брюк, и взялась за то, что там находилось!

Вовка тоже было полез ей под юбку, но Тамара прижала к ноге его ладонь.

– Не надо! Увидят! – отчаянно прошептала она.

До конца сеанса еле дождались. Молча и напряженно сжимая ладони друг друга пошли по аллее парка в конце которого стоял кинотеатр.

– Пошли скорее! – шепнул Владимир, и они свернули с аллеи. Сдерживаться уже не было сил, и они побежали через цепляющиеся ветками кусты:

– Все! – опять шепнул Вовка и, сбросив куртку с плеча, кинул ее на землю.

Не сдерживаясь больше, они упали на нее! Слившись в объятиях.

– Ох, откинулась на траву Тамара, когда, наконец, все было кончено, и испуганно спросила:

– Вов! А где мои трусы?!

– Наверное, там же где моя куртка! – засмеялся Владимир, увидев, как далеко они откатились от того места, где захватила их страсть.

К дому подходили уже медленно и спокойно. Тусклый фонарь подъезда слабо освещал деревянную лавочку у дверей, на которой с утра и до вечера сидели старушки.

– Ишь, полуночники! – проворчала самая говорливая бабка, – когда детей то заведете?

– А негде заводить-то, – засмеялся Владимир.