Мухи с одной помойки

 – Скотина. Разве можно женщине говорить такое?

– Нам значит можно? – усмехнулся, затем поперхнулся Разбегаев. – Ой. Конфету случайно проглотил.

– Недососал, – съязвила Клумбина.

– Недофафал, – надув впалые щеки, передразнил ее Разбегаев.

Клумбина обиделась и отвернулась.

Покобатько поддалась к столу, ее лицо покраснело, а следом на нем проступили бледные пятна.

– Вы знаете, – сказала она, повысив голос, – я полностью согласна с вами, Людмила Вячеславовна. Это не только возмутительно, но и откровенная ложь! Я пятьдесят два года работаю, я ветеран труда, у меня грамоты есть, три суда выиграла! Двоих детей на ноги поставила.

Все неправда! Они сидят в своих кабинетах, как на другой планете. Завалили бумагами все отделение – голову не поднять!

– Лучше и не скажешь, – поддакнула Чувина.

Директор устало потер глаза.

«Господи, не об этом же речь шла», – подумал он.

– Да вообще смешно – искажаете действительность. Что за чушь? – наморщив лоб, едва не взвизгнула Царицына.

 – Кому рассказать – смех да и только. Они там что, зазвездились?

– Вам лишь бы рассказать, – пристыдил ее Гордеев.

– Вот-вот, – подтвердил Разбегаев. – А это: оскорбление природы человека. Надо же, слова-то какие подобрал. Пафоса-то сколько. Совсем уже спятили. Целую философию выдумал. Если вдуматься, то это они не от мира сего. Ну, правда.

– Да, да, да, да, – кивая, подтвердила Покобатько. – Как дети.

– Что-то Михаил Дмитриевич все молчит, хотя сам больше всех переживал, – тоже откинувшись на спинку стула, сказал Живолгин.

 – Вы-то что обо всем этом думаете?

Песуков, казалось, с трудом разжал стиснутые зубы.

– Все, что я думаю, я уже сказал себе, – процедил он.

– Матом, небось, как обычно, – рассмешил остальных Гордеев.

– Не надо хохмить, матюгаюсь я только пьяным, и вы все это знаете. Я просто пожелал этой сволочи мучительно сдохнуть…

– Не забывайте, коллеги, о ком вы говорите! – заглушил последние слова директор.

 – Я, конечно, все понимаю, но давайте соблюдать субординацию. Напоминаю, у нас серьезная бюджетная организация, а не какая-то там шарашкина контора.

– А можно посмотреть приказ? – недоверчиво попросила Чувина. – Уверена, что-то здесь не так.

Директор недовольно сверкнул глазами в ее сторону, но постарался взять себя в руки.

– Что значит – уверены? Опять думаете, я что-то напутал? Да ради пожалуйста, то есть бога, – сбивчиво ответил он.