Поэзия перевода. Избранные переводы Ханоха Дашевского

И всё же прегордую деву покину.

Нет больше терпенья! Пусть слово нарушу,

И сгину – без солнца весеннего сгину,

Как чахлый росток! Ведь теряю я – душу!

Иегуда-Лейб Гордон

1830, Вильно – 1892, Санкт-Петербург

Хана

Когда я твой образ увидел впервые,

Как будто завеса с очей моих пала.

Исчезли, как призраки, сны роковые,

И новое утро лучами сверкало.

Да будет искуплено всё мирозданье,

Коль есть в нём такое, как Хана, созданье!

Что свод полуночный, луной озарённый?

В сравнении с глаз твоих сумраком звёздным

Что розы долин, ароматы Левоны[14 - Нагорье в Иудее; славилось ароматными травами.

С твоим ли сравнятся дыханием росным?

Твой взор – первозданного света отрада.

А лик – отражение Божьего сада.

И пусть не бела, будто снег, твоя кожа,

И лоб не сияет небесной печатью

Пускай ты румянцем с зарёю не схожа

И с ланью стремительной видом и статью —

Под тяжестью будней цветёшь ты упрямо

Не зная порока, не ведая срама.

Пускай на руках не сияют браслеты,

Не красят тебя дорогие каменья,

Но в сердце, где Божьи хранишь ты заветы,

Там чары твои, там твои украшенья.

Росинками детства твой облик отмечен,

И знак этот светлый незыблем и вечен.

И пусть ты в неяркое платье одета,

Но свежестью роз твоё тело налито;

Как пава ступаешь тропою рассвета,

Хоть золотом обувь твоя не расшита.

Тебе ли стыдиться простого наряда —

Для многих твой взгляд драгоценнее клада.

Подобна ты солнечной пальме зелёной!

Как пальму цветущую красят побеги,

Так косы тебя украшают короной,

Ты – символ любви, воплощение неги!

Сияет лицо неизменной улыбкой,

И голос звучит твой волшебною скрипкой.

И пусть иногда на лице твоём тени,

Когда ты смеёшься – весь мир поднебесный

Тотчас расцветает красою весенней,

И юных пленяет лик девы прелестной.

Трепещет мой дух и смущён твоим жаром,

Как робкий фитиль перед пламенем ярым.

И если твой голос во мне отзовётся

Звучанием арфы – пусть станет короче

Дорога к тебе, и тоска разобьётся,

Как в блеске зарниц изваяние ночи.

На этой земле мне темно и тревожно,

И тяжко любить, и забыть невозможно.

Во взгляде твоём есть чудесная сила,

Кто встретит его – тот очнётся не скоро.

Немало сердец ты уже опалила

Горячими углями дивного взора.

Сиянье твоё даже грустью не скрыто,

И панцирь от копий твоих не защита.