Омичка навсегда. Лирика и мистика

Город спит, встречая осень,

ветер за окошком стих,

Адмирал счастливый очень

на мазурку пригласит.

Губернатор за женою

в парке призрачном следит,

Страсти ярости волною

окрылен, во мрак летит.

Гений, плен свой не приемля,

и в тумане сентября

Первый лист летит на землю,

осень дивная, царя,

Души нам иные бросит,

и пугает и манит,

– Не грусти, здесь просто осень,

просто Омск устало спит.

Обнажено, окрылено,

утопая в мире грез,

Грозный гений даме черной

листьев золотых принес.

И присел в тиши устало,

и ревнует и молчит.

Рядом профиль генерала,

и в мазурке мир затих.

Пусть покружится Любаша

над опавшею листвой.

Как тревожно, дивно, страшно

жить в тумане, город мой.

Этот свет и тот мешая,

нам таинственно твердит:

– Просто осень золотая

многим душу бередит.

И кружится легкой птицей

над туманной мостовой

И в окно твое стучится:

просыпайся, что с тобой?

Сон о слепом художнике

.

И где-то в коллекции страхов, и грез, и стихов,

Пытаюсь найти и тебя, и слова, и любовь.

Осталась лишь нежность и память, такая беда,

Но снова я в комнату снов возвращалась сюда.

И видела то, что случиться могло бы едва ли.

Там стройные ели, там дивные птицы взлетали,

Но мир ли привычный, эскиз ли художника рядом.

Слепой живописец смутился пред пристальным взглядом.

Вот так и остались в плену и стихов и иллюзий.

Куда-то спешили забытые звери и люди.

Стояли с тобой под дождем, и не двигались с места,

Куда мы уйдем, если вера еще не воскресла.

И только в коллекции страхов, как в том лабиринте,

Все бродим и бродим, и те мы картины увидим.

Венеции дивной кварталы и сны, и потери,

Мы там оказались, но что отыскать захотели.

И маски срывая, а после меняя на лица,

На том карнавале опять мы смогли разлучиться,

Скрипач, над толпою паривший, упал и разбился,

И в синих глазах его мир лишь на миг отразился,

А после мелькали то лица, то маски в тумане,

Герой не спасет, и судьба тебя там не обманет,

А здесь в тишине, только сны и стихи обнимают.

– О чем ты опять, все неправда, и так не бывает.

И ветер окно распахнул, только бабочек стая,

И кто-то опять Кастанеду так тихо читает,

И с магом беседует, видя иные пространства,

Нам так надоело реальности той постоянство.