Бела + Макс. Новогодний роман

 – Про наших маршалов у тебя – в том же ключе?

– Сholera wie[25 - Чёрт его знает (польск.).], – ответил я и вручил майору свои рассказы о Жукове и Гречко: какой смысл тянуть кота за хвост – не надо будет лишний раз приходить в редакцию.

Через неделю я заявился к Звягинцеву и с порога спросил:

– Гоготала вся редакция?

– Поголовно, – ответил майор. – Я, к примеру, прочитал с превеликим удовольствием, как Вождь краснокожих устроил ликбез самому Жукову, рассказывая ему про Циолковского, Филимоненко, Челомея: прямо как профессор – студенту.

Чем закончился наш дальнейший – не без гоголевского насмешливого огонька – разговор вокруг моих сочинений?

Звягинцев, заговорщицки подмигнув мне, сообщил, что персонально для меня он придумал рубрику (для последней полосы газеты) «Читатели о книгах». Писать 10–20–30–50 страниц категорически не надо. Объём – не больше полутора страниц на машинке, что равняется ста строкам в газете. Попалась в руки интересная книжка – почему бы не поделиться впечатлениями о ней? Это, конечно, не о личных встречах с маршалами писать, но для «Боевого Знамени» – как раз то, что надо, и не менее актуально.

Первое, что я сделал, – это (не мудрствуя лукаво) перелистал «Воспоминания и размышления» Г. К. Жукова. Вспомнил, как он рассказывал мне про «настоящего Сталина», а не того, каким его выставляют сегодня, где «полная брехня подменяет правду». Но писать об этом я не стал. Свои мемуары маршал Победы посвятил советскому солдату. Свой материал я назвал так же: «Советскому солдату посвящаю».

Когда публикация состоялась, Звягинцев торжественно вручил мне десять экземпляров газеты и спросил, указывая на моё имя на последней полосе:

– Ты рад?

Я, не совсем понимая, о какой радости идёт речь, ответил:

– Да не очень.

– Ты ненормальный, – сказал майор.

За первую публикацию мне почтой пришёл гонорар – девять рублей 63 копейки.

«Боевое Знамя» находилось в километре от моего дома…

(Следом, за газетой САВО, образовалась на моём пути «Вечерняя Алма-Ата», за ней – Гостелерадио Каз. ССР.)

Я мог бы дотянуть до ближайшего магазина, где утолил бы жажду лимонадом? Мог. Но занесла меня нелёгкая в фойе редакции, где стоял автомат газированной воды.