Корона Толимана

 – И как же я сразу не узнал вас?! Позвольте?

Проворно приблизившись, он протянул ладонь, и девушка подала ручку для поцелуя. Тут же Михаила окутал ее медово-пряный запах, не цветочных духов, а именно природный запах, присущий именно ей, который он явственно ощутил.

Выпрямившись, он вновь уставился пораженным взором на девушку, понимая, что еще ни разу не встречал в этом времени подобное существо. А точнее, человека с такой невероятно чистой аурой и, похоже, открытым «золотым треугольником». Подобного человек мог достичь, только имея духовные вибрации не ниже четвертого измерения.

Но разве можно было в этом лживом, кровавом мире страданий и боли достичь подобного? Таких высоких вибраций могли достичь в этом времени только праведники или отшельники-монахи, удаленные от соблазнов этого развратного мира, или засланцы на эту планету типа него.

– А я вас сразу узнала, – закивала она, вновь приветливо улыбнулась ему.

– Михаил Владимирович! – раздался за ними бас Алексея Петровича.

Резко обернувшись, Михаил увидел приближающегося к ним Огарева, который тут же подал руку другу и добавил: – И какими судьбами ты у нас?

– Проездом в Москве, по делам.

– Целую вечность не видел тебя!

– Ну уж вечность. Лет десять, не более, – сказал просто Чернышев, и его взор невольно вновь переместился на девушку, почтительно стоявшую рядом.

– Пойдемте в гостиную, гости уже заждались тебя, Наташа, – сказал повелительно Огарев, обнимая Михаила за плечи.

 – У нас сегодня именины. Ты прямо на праздник и пожаловал.

– Вот как? – опешил Михаил, думая о том, что он действительно, обремененный своими думами и делами, даже не соизволил узнать, что в эту пору происходило у Огаревых, и пришел без подарка. И это было очень невежливо. – Надеюсь, Наталья Алексеевна простит меня за вторжение?

– Конечно же, не переживай, – кивнул Алексей, ответив за дочь, распахнул двери гостиной и громко произнес: – А вот и наша именинница!

Глава III.

Тиара

Находясь чуть в стороне от основной массы людей, недалеко от камина, Чернышев неотрывно следил за танцующими парами. Он уже не помнил, когда в последний раз танцы вызывали в нем искренний интерес. Однако теперь его взор ни на миг не отпускал ладную фигурку девушки в светлом платье с розовым бантом, что опоясывал ее талию. Наташа довольно искусно танцевала для своих юных лет, и лучезарная улыбка не сходила с ее прелестного лица.