Корона Толимана

Взгляд Михаила прошелся по стройной девушке среднего роста, и он чуть прищурился. Невозможно прелестная юная кокетка с темными переливающимися локонами, на которых красовались вплетенные жемчужные нити, с ярким румянцем показалась ему знакомой и незнакомой одновременно. Ее большие глаза с поволокой имели насыщенный зеленый оттенок и игриво сверкали. Легкое платье, пошитое из тончайшего шелка миндального цвета, оттеняло нежную белизну кожи, и Михаил вновь прошелся взглядом по ее приветливому лицу, округлым узким плечам, высокой полуоткрытой груди, невозможно узкой талии и длинным складкам юбки.

Девушка приветливо улыбнулась ему, и Чернышев окончательно опешил.

И вовсе не от ее прелестного вида, хотя она и показалась ему красивой, а от того, как сильно светилась ее аура чистотой и свежестью. А над ее головой переливалось золотистое свечение, подтверждающее, что ее «небесный треугольник» активен, а значит, ее сознание и душа в данную минуту находились в высоких вибрациях.

– Добрый вечер, милостивый государь, – произнесла девушка мелодичным голосом.

Не понимая, отчего мужчина упорно молчит и лишь как-то странно смотрит на нее, Наташа убрала приветливую улыбку с лица и недоуменно посмотрела на него.

Мужчина имел довольно внушительный рост, был широк в плечах и одет в черный камзол и штаны того же цвета. Его густые светлые, скорее, даже пепельного оттенка волосы были собраны сзади и открывали высокий лоб и твердо высеченные скулы. Живые цепкие глаза насыщенного лазурного цвета в обрамлении более темных бровей и ресниц придавали выразительность его мужественному красивому лицу.

Вдруг золотистое свечение над головой девушки исчезло, и Михаил понял, что она или разозлилась, или испугалась, тем самым понизив свои вибрации. Только в этот миг он словно пришел в себя и понял, что ведет себя глупо. Он не понимал, что на него нашло и отчего его поведение вышло из-под контроля. Он быстро опомнился, наклонил голову в знак приветствия и глухо произнес:

– Граф Чернышев Михаил Владимирович.

Он замолчал, подняв на нее глаза и ожидая, что теперь представится девушка.

– Я помню вас, – произнесла она и улыбнулась. – Когда я была мала, вы пару раз приезжали к моему отцу.

Михаил поднял брови и вмиг понял, кто перед ним, ведь было что-то неуловимо знакомое в миловидных чертах и мимике темноволосой прелестницы.

– Наташа, Бог мой! Как же вы выросли! – улыбаясь, вымолвил Михаил.