Крылатая Анюта

Несколько снегирей, от слабости или воспитанности, съёжившись, сидели в сторонке и поглядывали на взбудораженных борьбой за крохи съестного собратьев.

Аня достала хлеб, мелко искрошила его в шапочку и разбросала в сторонке от калины на открытом месте с твёрдым настом. «Здесь не вдруг-то затопчут», – решила она. Первыми заметили летящие крошки «воспитанные» птички. Они перепорхнули на полянку, осмотрелись и, не пугаясь девочки, принялись ужинать. Через несколько секунд одна из них чуть привзлетела и просигналила в сторону стайки:

– К нам, здесь вкусно и всем хватит.

– Ешьте, маленькие, ешьте, слабенькие, птенчиков выводите, – приговаривала Аня, – пусть деревьям и травам веселее живётся от песен ваших.

Стайка дружно перепорхнула на зов, а заботница, разделив сало зубами на маленькие кусочки, нанизала их на веточки калины.

– Птички умные, найдут и спасибо скажут, – рассуждала она.

Надо ребят поднимать, кормушки для птиц устраивать.

– Ну вот, зубы смазала салом, теперь лыжи пойдут сами, – со смехом повторила она дедовы слова.

Не успела Аня десяти шагов отмерить, как вздрогнула: тишину раскололи хлёсткие выстрелы – один, второй, третий… Стреляли где-то не очень далеко впереди девочки и, видимо, в логу – эхо несколько секунд металось по отлогам от гривы к гриве.

– Кто же это, в кого? – растерянно спросила себя таёжница. Анюта резко ускорила ход, почти до бега, хотя на камусных лыжах и шагом-то идти – не чай пить. Зорко поглядывая по сторонам, она резво шла уже минут двадцать, но ничего подозрительного не замечала.

– Но что это? – Она услыхала и вскоре увидела с криком кружащих ворон. Не без труда Аня расшифровала их возмущённые возгласы:

– Кар-аул! Кро-овь, во-о-оры, вар-р-ва-ры, вра-а-аги, гра-а-би-те-е-ли…

Сердце девочки учащённо забилось. Она поняла: кто-то ранен или убит. Кто? Лыжница шла вскинув голову, наблюдая за вороньём и вслушиваясь в их истошные крики. Неожиданно её правая лыжа потеряла опору, и девочка упала.

– Кро-о-овь! А-а-а! – заголосила Аня испуганно и звонко.

– А-а-а-аа, Ма-а-ма, – продолжала уже в слезах кричать девочка. – Де-е-да-а-а!

Рядом с Аней на ветку черёмухи опустился молодой ворон.

– Ан-ра! – позвал он.

– Ко-кос-трик, – рыдая, отозвалась девочка, – кого тут уби-уби-ли?

– Слабую мать-маралуху мы вели в хороший лог, как указал нам Ангел. Но двое белых людей вышли на её след и остановили её сердце.