Избранное

Под ногой ступень качается, как листок,

И пролеты мостов прерывисты, словно вздох,

Словно в горле речь – не находя участья,

Медлит – начаться ей или не начаться.

Есть у счастья свои приметы и у несчастья тоже:

Покрывается камень гусиной кожей,

А спина волны каменеет; на водосточной трубе

Выступает испарина, как на губе.

То ли в любви, то ли в битве —

сжав друг друга руками,

Смертной дрожью объяты оба – вода и камень.

«Серый камень спит, коростель скрипит…»

Серый камень спит, коростель скрипит,

Ходит облако на ногах дождя,

Жгучий воздух крепок, как чистый спирт,

Чиркни спичкой – и полыхнет, треща.

Роща кажется берегом, а луга

Проплывают медленно, на спине

Пронося уснувшие два цветка,

Словно белых всадников на коне.

Травяная бездна легка, под ней —

Черной бездны стиснутые пласты,

Где уснули под гул земляных червей

Зерна мертвые, сжав в кулачках цветы.

За былинку цепляясь одной рукой,

Век сочтя минутою, как в раю, —

На краю – обнимая тебя другой,

Губ твоих цикуту я залпом пью.

Прилив

Неслышно зарождается прилив:

Вот губы тихо трогают, как волны,

Песчаную ладонь, вот, плечи скрыв,

Становятся упруги и упорны.

Вот тело всё, подобное волне,

Но не одной волне, а сразу многим,

Уже вскипает вкруг меня, во мне,

Окатывая голову и ноги,

И, то на гребне, то на дне крутя,

Уносит вглубь, как легонькую щепку, —

И шум в ушах, и я тону, хотя

За каждую волну цепляюсь крепко.

И это чудо – выйти не на мыс

Чужих миров, неведомых америк,

А, пересекши время, как Улисс,

Лечь

возле тех же губ, на тот же берег.

«Мне двойное судьба изготовила лезвие…»

Мне двойное судьба изготовила лезвие,

Шелковистой рукой мою шею пригнула:

Подарила мне сердце сестры моей Лесбии

И – в насмешку – напрасные слезы Катулла.

Так вот кошку в мешок зашивают с собакою,

Чтоб верней утопить. В этом теле зашиты

Две души, два врага, что сильны одинаково, —

Ни управы на них не найти, ни защиты.

О любимом забуду – свобода! – а мысли-то,

Словно птицы в гнездо, возвращаются сами.

Так охотник помчится за дичью и выследит —

И опустит копье, и зальется слезами.

Голос – горше цикуты, сестра моя Лесбия, —

Не живу и не сплю, не пою и не плачу,

И, обычаем варварским местным не брезгуя,

Вместе лавра и терна ищу, не иначе.

Капли от унынья

1

Радость померкла.