Испытание жизнью

Неизвестно чем бы всё закончилось, если бы ни заведующая клубом, которая пришла открывать входную дверь:

– Прекратите! Ишь, что устроили в культурном месте! Марш отсюдова, а то милицию вызову, – и она влепила увесистый подзатыльник одному из Кадашовых.

Драка сразу прекратилась. Братья отошли в сторону, продолжая на расстоянии угрожать:

– Мы с тобой Захар ещё встретимся на узенькой дорожке.

– Идите, идите! Ишь, ещё угрожают. Что я сказала! Что б духу вашего не было! По милиции соскучились!? – и заведующая продолжила уже спокойно, – Я их знаю, то ещё хулиганьё, управы на них нет или ремня хорошего.

– Так они начали. Что было делать? – Захар поднял оторванную пуговицу.

Кадашовы пошли вдоль привязи в сторону продмага. Проходя мимо упряжки, один из братьев размахнулся, чтобы ударить Ночку по морде, но она резко подняла голову и он промахнулся. Удивительное произошло дальше. Ночка ухватила зубами его плечо, и он долго не мог вырваться. Отойдя подальше и держась за больное место, продолжил угрозы:

– Не жить тябе, Захар, на белом свете, а кобылу твою пристрелим!

– Поговорите, поговорите.

Заведующая открыла дверь и прежде чем скрыться за ней предложила:

– Заходите, внутри подождите начала фильма. Они могут вернуться да ещё подмогу приведут.

– Мы здесь побудем, – Захар снял пиджак и стал с сожалением рассматривать наполовину оторванный рукав.

– Воздухом подышим, – Добавила Лена.

– Как знаете.

– Может не пойдём в кино, а то правда придут ещё лошадь угонят или сделают с ней что или с коляской?.. – предложила Лена.

– Вообще-то я смотрел…

– Тем более. «Броненосец Потёмкин» – это наверно про войну.

– Нет, про восстание моряков.

– Один хрен. Я про войну даже книги не люблю читать.

Обратно ехали медленно. Захар отпустил вожжи, предоставив Ночке полную свободу. Она быстро поняла, что хозяин не спешит и пользуясь случаем часто останавливалась, чтобы похрустеть молодой травой у края дороги.

– Лен, ты не забыла, что родители сговаривались насчёт нас в прошлом годе, летом?

– Припоминаю что-то такое.

– И как ты на это смотришь?

– А, ты хочешь меня взять в жёны?

– Если честно, хочу. Ты мне нравишься… очень. Ты не ответила.

– В шестнадцать лет не очень-то охота выскакивать замуж. Но я не могу ослушаться и не выполнить волю покойного батюшки. И, если мамка не передумала.