Змей Горыныч и Клубок Судьбы

– Четверг – не среда! – радостно согласился Сокол, подходя к стойке за подносом, – но ведь и не пятница! Давай и ушички, и леща!

С нагруженным подносом приглядывающий подсел к Ивану, посмотрел на грустящего в его тарелке карася и вновь повернулся к тетке, собравшейся опять заскучать за прилавком:

– Что ж ты, тетушка Гусыня, гостя иноземного карасем-то угощаешь?

– Так откуда ж мне знать, что он гость?! Да еще и иноземный! Говорит по-нашему, одет прилично. А леща я предлагала – сам отказался.

– Да-да, спасибо, – сконфузился Иван.

– Зря стесняешься, – подмигнул Сокол, – ты не представляешь себе, как вкусно тетушка Гусыня леща запекает! На, попробуй! – он придвинул Ивану свою порцию, – Уже ради него стоит четверга ждать!

– А ради чего еще?

– Например, ради пятницы, которая сразу же за четвергом. А там уж и выходные близко!

– Какие еще выходные?! – удивился Иван. Дома не работали только по праздникам, да и то лишь по общегосударственным. Всем известно: лето зиму кормит и греет.

– Выходной – это, когда не обязательно приносить пользу Обществу, а наоборот, можно счастливо вкушать его плоды. Общественная баня по субботам, общественная кухня, приобщение к культуре, – Сокол мечтательно прикрыл глаза, – и все это уже послезавтра! Послезавтра мы пойдем в город!

– А сегодня?

– А сегодня я покажу тебе, Иван, как мы тут живем.

– Зачем?

– Как зачем? – удивился Сокол, – нужно тебя зарегистрировать, чтобы уже завтра ты смог начать приносить пользу Обществу. Ну, и мне заодно отметиться, как добровольному проводнику. У нас добровольность приветствуется и ценится. Пойдем?

Он составил неожиданно быстро опустевшую посуду на поднос и направился с ним обратно к стойке. Иван последовал его примеру.

– Сколько я должен?

– Чего? – не понял его Сокол.

– Ну, заплатить за обед…

– Чудак! – улыбнулся приглядывающий, – здесь же все общественное!

Общественная приемная находилась здесь же, на площади. У входа висела табличка, аналогичная той, что украшала столовую. Не стуча, Сокол распахнул дверь и жестом пригласил Ивана следовать за собой.

Они очутились в коротком коридоре, из которого вели три двери. На каждой висела табличка. Сначала приглядывающий заглянул в дверь с надписью: «Служба учета».