Змей Горыныч и Клубок Судьбы

Здесь стояли несколько больших котлов и простой деревянный стул. На стуле скучала толстая некрасивая тетка в переднике и чепчике, не отличавшихся белизной от скатертей на столах. На вошедшего посетителя тетка даже не взглянула.

Иван был удивлен таким приемом. Ничего не понимая, он подошел к ней:

– Здравствуйте! Мне бы поесть.

– Чего будешь? – скучающе поинтересовалась тетка, не поднимая взгляда на Ивана.

– Борщ, отбивные с картошкой…

– Только рыба, – безразличным тоном отрезала она, все также не поднимая взгляда.

– А что, мяса вообще нет?

– Только рыба, – интонация показалась Ивану еще более скучающей. Хотя, казалось, куда уж можно скучнее!

– Но почему? – удивление юноши росло с каждым новым ответом.

– Четверг, – непонятно объяснила тетка.

– То есть, получается, в среду мясо есть, в пятницу есть…

– В пятницу только овощи, – все также безразлично перебила тетка.

– Как?!

– В понедельник курица, во вторник говядина, в среду свинина, в четверг рыба, в пятницу постный день.

– А в выходные?

– В выходные не работаем. Общественная кухня.

Понятнее не стало. А тон, которым отвечала тетка, не вызывал желания продолжать расспросы. Иван тщательно принюхался. Рыбы не хотелось.

– Я, наверное, в другую столовую пойду…

– Там тоже рыба. Ты есть собираешься? – тетка наконец посмотрела на посетителя.

– Буду, – торопливо кивнул тот, – а что есть?

– Уха, карась жареный, гарнир – рис.

– И все?!

– Могу леща дать.

Леща почему-то особенно не хотелось.

– Ладно, давайте, что есть, – тяжело вздохнул Иван.

Тетка оперлась о прилавок и тяжело поднялась:

– Поднос и ложки там, – она ткнула пальцем в дальний край доски, отделяющей остальной мир от нее, – компот наливать?

Юноша обреченно кивнул.

Уха оказалась на удивление вкусной. Жареный карась укоризненно смотрел на Ивана немигающим глазом. Иван тоскливо ковырял его бок деревянной ложкой, когда дверь распахнулась и в проеме появился приглядывающий Сокол.

– Чем сегодня попотчуешь, тетушка Гусыня? – с порога поинтересовался он.

– Сам знаешь, четверг, – неожиданно для Ивана в голосе тетки прорезались одновременно ласка и сварливость.