Вихрь преисподней

Не-Маркетинг понял, что у него хватит сил отворить дверь и войти внутрь темного кафе, но он медлил. Он опять обернулся, посмотрел по сторонам, некоторое время вглядывался в колыхавшиеся под ударами ветра деревья. Потом опять посмотрел на черневшую дверь. Он не спешил, он не входил, хотя знал, что у него теперь достаточно запасов воли, достаточно решительности и хладнокровия, чтобы оказаться там, внутри, добраться через кухню до зала со столиками, сесть на тот самый стул, на котором он уже сидел сегодня днем, когда увидел то самое ужасное лицо.

«Лицо самоубийцы», – как почему-то вновь подумалось ему.

Не-Маркетинг зажмурил глаза. Нарочно долго не открывал их, потом открыл, опять обернулся и посмотрел по сторонам, – ничего вокруг не изменилось. Не-Маркетинг принялся вспоминать подробности фильма ужасов, который он успел посмотреть этим вечером по телевизору: одинокая яхта в океане, шлюпка, в которой на сиденье покоится… шлюпка.

Погоди, погоди, Не-Маркетинг, какая шлюпка?! Не шлюпка, а кукла! На борт яхты поднимают куклу, которая неизвестно откуда и как оказалась посреди океана. И после этого мрачные и непонятные никому события начинают твориться на борту яхты. Окровавленный рот куклы, хлопающие крыльями птицы, ночь…

Не-Маркетинг вновь обернулся, вновь посмотрел по сторонам: темно, мрачно… Странные события стали твориться на борту яхты после появления куклы.

Не-Маркетингу стало очень страшно. Господи, зачем он отправился в этот идиотский парк?! Что за бред про все эти информации и информационные потоки постоянно лезет к нему в голову?! Не-Маркетинг толкнул дверь кафе и вошел внутрь.

Там, внутри кафе, он двигался на ощупь, постоянно натыкался на стены, странно – но он не свалил ничего в темноте, его то и дело охватывала паника, ему казалось, что он заблудился в этом мрачном черном лабиринте, что он беззащитен, что вот-вот будет нане сен удар, но он в который раз брал себя в руки, пытался найти верный путь.