Рождественский сюрприз

– Ну, что? Какие предложения на вечер? – спросила Марина, когда мы в очередной раз спустились к основанию главной елки страны и уселись за «макдональдовский» столик почти что под ее нижними ветками.

Я развел руками.

– У тебя что, действительно нет ни капли фантазии? Сегодня же сочельник!

Я напрягся мыслями из последних сил.

– Я знаю, – твердо заявила Марина, стянула с головы лыжную шапочку и взлохматила рукой ежик своих волос.

– Что ты знаешь?

– В это Рождество мы зачнем ребенка! Сделаем себе и миру рождественский подарок!

– Да? – удивился я.

Это предложение Марины застало меня врасплох.

– Ты что, против? – В ее зеленых глазках засветился огонек недоверия, и я тут же захотел потушить его.

– Нет, что ты! – поспешил я не согласиться. – Я просто подумал… Когда сексу придаешь такой смысл, он становится чем-то более значительным…

– Рождество – это не секс, это любовь… А тот секс, о котором ты говоришь, мне уже надоел…

«Мне тоже», – подумал я, но вслух не произнес.

Вслух я только задумчиво вздохнул. И посмотрел на главную подземную елку страны. С ближней ко мне колючей ветки свисал блестящий шарик с надписью «2002». Это вызвало у меня саркастическую улыбку.

– Смотри! – Я показал Марине шарик. – Прошлогодний!

– Зато блестит, как новый! А представляешь, на следующее Рождество мы уже будем с ребеночком!

Я представил себе это, и, надо сказать, картинка в моем воображении получилась красивой, только отчасти похожей на икону с младенцем-Иисусом.

– А знаешь, – я посмотрел Марине прямо в ее прищуренные зеленые глазки, – было бы еще лучше родить прямо на Рождество!

Она, улыбнувшись, отрицательно покачала головой.

– Так что? Поедем домой? – спросил я, представляя себе очередной зимний вечер в уютной домашней обстановке, перед широченным экраном телевизора с бокалами шампанского.

– Нет, – спокойно произнесла Марина и хитро улыбнулась.

– Нет? Еще погуляем?

Она посмотрела на свои часы.

– Посидим еще полчасика… Возьми мне горячего шоколада!

Когда мы выбрались наверх, с неба снова валил снег.

Он медленно падал крупными белыми хлопьями. Хрустел под ногами. Было уже темно, и в этих расцвеченных рекламными и уличными огнями сумерках городская жизнь двигалась плавно и нерешительно. Так же, плавно и нерешительно, ехали по заснеженному Крещатику машины.

– А у меня для тебя сегодня сюрприз! – неожиданно и радостно произнесла Марина, остановившись и обернувшись ко мне.