Бескрылый воробей

– За меня не беспокойся, всё под контролем.

На веранде вновь появилась зеленоглазая блондинка с расписным подносом. Марк отвлекался от игры каждый раз, как она возникала из ниоткуда, улыбался и подмигивал смущённой красавице. Но на этот раз секретарю было не до заигрываний.

– Шеф, этот ненормальный уже здесь, рвёт и мечет, хочет видеть вас и вашего отца, притащил с собой каких-то четырёх психов на лошадях.

– Трудный день, – выдохнул сын божий. – Я сейчас подойду, милая, предложи пока гостям чаю, – он повернулся в мою сторону.

– Хорошо, буду ждать, – я встал с кресла. – Папе привет.

– Пошёл ты.

Замочная скважина издала два коротких всхлипывания.

– Ты весь день собираешься проваляться?

– Будь моя воля – всю жизнь.

– Пригрела бездельника называется. Помоги с сумками.

В руках Кира держала два битком набитых пакета. Один, заполненный сотнями бумаг и различных квитанций с исписанными полями, она вручила мне и сказала вывалить всё на кровать.

– Что за бумаги? Выписываешь чеки за услуги?

– Я риэлтор, баран.

– Вот как, – покраснев, стыдливо выдавил я. – Неловко вышло.

– Ты разобрался со своими записями?

– Лучше! Я дописал две главы. И, знаешь, кажется, я спас тебя от высшего суда.

– Замолвил за меня словечко Иисусу?

– Вроде того.

– Я же сказала, никаких наркотиков.

Подходил к концу очередной день, который едва успел начаться. Мы слушали какой-то старомодный блюз и готовили ужин. Несмотря на моё рвение, мне была доверена лишь нарезка овощей и зелени. Кира, сквернословя, оттирала «омлет» от сковороды и готовилась тушить мясо.

– Так куда ты ездила?

– Продала очередную хибару какой-то семейной парочке. Вот они удивятся, когда узнают, что в стенах нет ни утеплителя, ни какой-либо изоляции, а жилая площадь по факту на пять квадратов меньше.

– Ты серьёзно?

– Ну да, каждый держится на плаву, как может.

– А тебе по шее за это не дадут?

– Не моя проблема, что люди хотят подешевле и побыстрее. К тому же, кадастровый и технический паспорта всё время были у них под носом, но ведь всем плевать на мелочи и сноски, лишь бы картинка была попестрее.

– Двадцать две тысячи восемьсот пятнадцать…

– Что?

– Да нет, ничего, просто задумался.

Впервые за последние дни я ел что-то сносное.