Третья сила

 – Тоже засыпаешь на ходу? Или боишься, что я сдерну отсюда, как только все отвлекутся?

– Я просто хотел поговорить без свидетелей.

– Опять?!

– Мы не закончили, – негромко отозвался арр-кан. – И я не думаю, что в ближайшее время снова появится такая возможность. А мне хотелось бы кое-что уточнить. Вернее, у меня снова появились вопросы. Гайдэ…

Черт.

Но он сам напросился.

Резко замахнувшись, я без лишних слов двинула его по морде. Как и обещала. Он, правда, в последний момент увернулся, и его левая скула счастливо избежала встречи с моей перчаткой.

Однако подлой подножки Фаэс все-таки не заметил и явно не понял, что я уже давно перестала играть по правилам. В результате был благополучно опрокинут на спину, и теперь растерянно изучал прижавшееся к его горлу лезвие ножа, которое совсем не выглядело поводом для шуток.

– Еще одно слово, и ты отправишься к господину Георсу, – сухо сообщила я. А мои девочки тем временем подошли ближе и всем видом показали, что готовы на аркане тащить наглого приставалу вплоть до лагеря святош.

 – Мое терпение не бесконечно, поверь. И за сегодняшний день ты его почти исчерпал. Так что или ты держишь язык за зубами, или немедленно возвращаешься.

Фаэс, оценив по достоинству и угрозу в моем голосе, и группу поддержки, и остроту адарона, неожиданно хмыкнул.

– Я едва не забыл, с кем имею дело. Но теперь вспомнил, что Гай всегда был наглецом.

– Он им и остался, – заверила я старого друга, убирая клинок в ножны и подавая взамен руку. – То, что ты видел меня в ином облике, ничего не значит.

Я умею быстро менять свои маски, поверь.

– Хорошо, как скажешь.

– Вот и ладушки, – я проследила за тем, как бывший эрдал поднимается с земли, небрежно отряхивая рукав, и оставила рукоять ножа в покое. – Так зачем ты все-таки вышел? И с кем именно хотел переговорить без свидетелей?

Фаэс испытующе посмотрел.

– Вообще-то, я хотел поговорить с Гайдэ… – заметив мои сузившиеся глаза, он снова хмыкнул. – Но раз здесь только Гай, то делать нечего – придется спрашивать у него.

Не возражаешь?

– Валяй. Все равно не отвяжешься. Так что тебе осталось непонятным?

– Как ты относишься к Ригу Драмту?

– Он – мой друг. А что?

– Друг? И только?

Я чуть не споткнулась на ровном месте. А потом обалдело обернулась и во все глаза уставилась на неподвижное, какое-то чужое лицо, в котором почти ничего не осталось от того сурового, жесткого, но по-своему симпатичного дядьки, с которым мы столько времени провели в Фарлионе.