Приглашение в замок

– Не сочтите за рекомендацию.

– Безупречная логика! Скажите мне, отец…

– Климент. В честь Климента Парижского.

– Да-да, отец Климент, а можете ли вы вмешаться в деяния власть предержащих?

– Власть от Бога.

– Стало быть, не можете?

– Моя обязанность – защищать униженных и оскорбленных.

– Отче, у вас появилась возможность защитить униженного и оскорбленного.

– Кто такой?

– Я, ваше высокопреподобие.

– Хм! Вы вот всеми недовольны, а мои прихожане в восторге от вас. Какой, говорят, воспитанный, вежливый, обаятельный и обходительный молодой человек! Хотя отмечают эгоизм, нелюдимость и черствость в характере, а также дерзость в суждениях.

– Не кажется ли вам, что в высказываниях ваших прихожан – противоречие?

– Вы все с обвинениями выступаете. Вынь бревно из глаза своего…

– И преврати его в карандаш.

– О чем это вы?

– Да так, к слову пришлось.

– Вы попали во взрослый мир, который оказался сложнее, чем вы предполагали. Человек предполагает, а Господь располагает.

– Неужели вы не видите, что происходит в городе?

– Что здесь происходит из ряда вон выходящего, чего нет во всем мире?

– Вам известно, что ваша неопытная провинциальная блудница сечет своих любовников розгами? И не для смирения гордыни, а для ее изощрения.

– К сожалению, для поддержания суверенитета мы обязаны выполнять некоторые ритуалы, связанные с нашим феодальным прошлым. Никто, однако, не заставляет вас ходить к блуднице, как вы несправедливо выразились.

– Вот именно, что заставляют.

Окружают толпой и ведут. Не драться же мне, в самом деле, с вашими прихожанами. Они только тем и занимаются, что с утра до вечера творят ритуалы вашего феодального прошлого.

– Ну что вы! Мои прихожане в поте лица зарабатывают хлеб свой насущный.

– Ваше преподобие, никто здесь не трудится, а живут на проценты с капиталов обманутого князя.

– Недееспособного в данный момент.

– И вы получаете жалование с процентов, не так ли?

– Разве это жалованье? Знали бы вы, сколько получает бургомистр и начальник полиции.

Я не могу на свои деньги найти ни пономаря, ни звонаря, ни повара, а только служанку. Не хотите остаться здесь, помогать мне в церкви, спасая тем самым душу?

– И выполняя всю черновую работу за ваших рантье.

– Поневоле рантье. Таковы обстоятельство. Обретете истинную веру, начнете служить за меня, станете епископом, а там – и кардиналом, а то, глядишь, – самим папой!

– Все это фигуры речи, не более того.