Фантом

Однако время играло более важную роль, поэтому я, недолго думая, согласилась, уточнив предварительно у ребят, сумеют ли они провернуть эту штуку в ближайшее время и не помру ли я после этого.

Они, оценив подоплеку внешне невинного вопроса, надолго задумались и ушли в Тень, долго о чем-то споря и потихоньку, пока я не слышала, переругиваясь. Какое-то время позволили мне заниматься самостоятельно, пытаясь до мелочей предугадать возможные последствия. Но потом наконец решились и не слишком уверенно заявили, что, кажется, придумали способ облегчить мне жизнь.

Я, мысленно перекрестившись, согласилась снова, и мы тем же вечером попробовали. Правда, я, будучи девушкой осторожной, сперва попросила начать с какой-нибудь мелочи. Так, на всякий случай, чтобы убедиться, что оно работает. Тени еще раз подумали и признали, что осторожность в этом деле не помешает: все же по минному полю не ходят прогулочным шагом. Мы все обсудили, договорились, ударили по рукам. Потом я легла спать, позволив им без ограничений копаться в моих мозгах, а когда проснулась утром…

Пожалуй, не стану описывать все мучения, которые пришлись на мою долю по пробуждении.

Скажу только, что тот, кто хоть однажды испытывал похмелье после недельной пьянки с применением всех известных цивилизованному миру излишеств, хорошо меня поймет. Особенно если увеличит свои собственные муки раз в десять, прибавит к этому жутчайшее расстройство желудка, представит, что спастись от этого кошмара негде, помочь некому, а провести в таком состоянии ему придется не полдня и не день, как обычно, а почти трое суток… в глухом лесу… без врачей и аптечки… В общем, одно слово: не фонтан.

Достаточно упомянуть, что почти все это время я провела в ближайших кустах, а оставшиеся часы, когда мучительные позывы на рвоту все-таки прекратились, провалялась на пропитавшемся моим же по?том лежаке, страшась даже глаза открыть. Пожалуй, так плохо мне еще никогда в жизни не было.

И так ужасно я себя никогда прежде не чувствовала.

Тени, конечно, перепугались, увидев, до какого состояния меня довели. Но я на них сперва даже не реагировала – до того было хреново, а когда отошла, то слабым шепотом обругала их всех вместе с их дурацкими идеями. Зареклась никогда больше не проводить экспериментов, послала всех в гости к Айду, окончательно расстроилась и под вечер третьего дня бессовестно расплакалась.