Иглы в воде

Правильно – рассмотреть столкновение двух вселенных, как двух совершенно свободных людей, решивших поделиться знакомой друг другу кондицией.

На следующее утро она поднесла руки к носу – пахло табаком, пахло черешней, ощущался человек.

Повтор

(МАЛИНОВОЙ НАСТОЙКИ)

– Ты алчная, алчная женщина! – сказал серьёзно Миша и на этих словах открыл с ноги дверь в кухню.

Мой друг официант негодовал, хоть и старался не подавать виду, он держался как мог, но очевидным было: внутри таилась обида.

Миша вернулся.

– Нет, ну надо же! Тебе нельзя доверять!

– То есть я стерва, – вырвалось из меня спокойное заключение.

– Нет, ты не стерва, я уже сказал, кто ты, – он остановился на мгновение у барной стойки, стёр решительным движением пот со лба и молвил, точно отрезал: – Алчная, вот и всё, – он пожал плечами, глаза так и бегали.

– Но я же ничего не имею с того, что делаю, – рука невозмутимо потянулась за стаканом с прохладной водой. Я потягивала в тот раз белое сухое и запивала его более безобидной жидкостью, будто там, на улице, занималось лето.

Миша ухмыльнулся.

– Ну конечно, не имеешь… И вот ведь понимаешь ли, я всё думал, такая кроткая, скромная, молчит много, а оказывается, ты в это время всё видишь в своём свете.

– Но я же стараюсь быть искренней, Мишенька! Ничего не приукрашиваю.

Официант отчаянно махнул рукой и скрылся из виду. Казалось, он выругался, и не один раз, но мне в лицо говорить этого не стал.

– Вообще, мне всё равно (не буду приводить в тексте дословное выражение, думаю, вы и так поняли, о чём именно идёт речь), и ты можешь делать всё, что тебе хочется, – вновь заказ, вновь пришлось его выносить.

И так целый день на ногах. Крутишься, учишь иностранцев безобидному мату, ждёшь чаевых, которые тут же готов потратить на бокальчик Гиннеса.

– Я такой человек, ни к чему и ни к кому не привязан, я могу даже записать этот твой бокал на себя – настолько мне всё равно.

– Мишенька, не надо.

– Нет, надо, надо! – уже сам не понимая зачем, он заставил бармена вбить новую позицию в его счёт. – А потом ещё и ещё!

Из кухни донёсся звон колокольчика – Миша скрылся.

О, дорогой читатель, что же я натворила? Думаю, это очевидно.