Неожиданная классика

Твой неприглядный вид воссоздаёт воспоминанье,

от страха я сама себе сопротивляюсь;

я заслужила это наказанье,

и как подумаю, что совершила, содрогаюсь,

и в полное впадаю я отчаянье,

за то, что я любила, горько каюсь.

Сонет II

Любовь берёт своё начало, там, где нет надежды,

потом воспрянет, запылает, сон исчезнет,

будет расти, когда опасность вдруг забрезжит,

питаться мольбами и плачем безутешным.

Любовь себя хранит в любой одежде;

и вечно страх её в плену суровом держит,

в конце концов, сердце ничто не тешит,

огонь погасят слёзы, и любовь закроет вежды.

Её начало, середина и конец – развития ступени.

Зачем, Альсино, сожалеть так о потере

и Сильвии, что так тебя любила, неправедный

послать упрёк?

И нет причины для твоих мучений,

любовь не обманула, ты поверь мне,

ей просто вышел срок.

Сонет III

Человеческой жизни зелёное украшение —

безумная Надежда, позолоченная лихорадка,

мечта проснувшихся, загадка,

и, как все сны, её сокровище – обесцененное,

душа мира, старость цветущая, не носящая рубище,

весенняя зелень воображения,

сегодня для счастливцев – ожидаемое

вознаграждение,

а для несчастливых – завтра, вечно будущее.

За твоей тенью следуют в поисках дня

восхождения

те, у кого очки из стекла зелёного,

и всё видят нарисованное по своему хотению.

А моя судьба – в ожесточении,

не дала мне дара оного,

и я вижу, когда руками трогаю, и не доверяю зрению.

Сонет IV

Свой бег останови, тень моего блаженства,

волшебный образ, что всего дороже,

иллюзия, с которой смерть пригожа,

и сладкий вымысел – мук жизни совершенство.

Магнит для стали, храм первосвященства,

твоим так чарам – моё сердце ложе,

зачем меня влюбил, прельститель невозможный,

если бежал потом, лишив любви наследства?

Но удовольствия себе ты не доставишь

гордиться надо мной своим тиранством,

не будет весело тебе, мой милый,

хоть призраком вокруг меня витаешь,

дразня непроходимым постоянством,

фантазия моя сама тебе тюрьму соорудила.

Эухенио Херардо Лобо

(1679–1750)

Марсии

Гореть в живом огне и после замерзать,

Плач похоронный смешивать со сладким пеньем,

Не видеть разницы меж снегом и гореньем

И смех и слёзы сочетать.