Кармела

Может быть, конечно, что, живи он с матерью, она уже не так бы рвалась женить его и, в результате, пустить невестку в дом… к счастью, он успел отделиться от родителей десять лет назад, при жизни отца, сначала снять квартиру, а потом купить, иначе было бы куда хуже…

За этими мыслями он не заметил, как одолел дорогу от Кадриорга до Каубамая и далее, не будь он так занят ими, наверно, заметил бы… что именно?.. название этому он подыскивал довольно долго… заметил бы немного раньше… или нет? Уже не разберешь, откуда что видно, в любом случае, из-за груды стекла под названием «торговый центр Виру» ничего не разглядеть, а потом… Словом, он выехал на площадь Свободы и увидел толпу, не очень большую, но плотную, в пару сот человек, стоявших к нему спиной и глазевших на что-то, он посмотрел туда же и увидел на горе, где стоял храм Александра Невского… ну он стоял, никуда не делся, наоборот даже, у Пауля было смутное ощущение, что в эту пору, когда деревья еще не облетели, за высокими кронами его вроде бы не разглядеть, и тем не менее… Он словно стал стройнее и выше, однако там, где раньше были обычные, крытые коричневой жестью купола, теперь высились другие, на фоне удивительно ясного голубого неба сиявшие множеством красок, ближний состоял как бы из отдельных выпуклых дуг, золотые чередовались с ярко-зелеными, другой, схожий, оказался серебряным с синим, большой в центре был сразу нескольких цветов, тут и желтый, и синий, и зеленый, и оранжевый, не из дуг и не ровный, а с пирамидальными выступами.

Что такое? Чудо? В чудеса Пауль не верил, но тогда… Массовая галлюцинация? Может, выйти, подняться наверх вместе с другими, он видел, как десятки людей взбираются по лестнице и дороге на Вышгород? Думал и продолжал ехать, наверно, он в самом деле вял и нерешителен, но его ждали пациенты, которым было не до чудес, по крайней мере, таких, чужих, общих, каждый из них жаждал чуда своего, личного и не неведомыми высшими силами сотворенного, а им, Паулем… Он миновал поворот у библиотеки и нажал на акселератор.

Когда он добрался до Кармелы, которую обычно оставлял напоследок, чтобы иметь возможность спокойно пообщаться, было уже около одиннадцати. Она дожидалась его, смирно лежа в кровати, но он сразу заметил, что выглядела она довольной, более того, почти радостной.

– Все хорошо? – спросил он, садясь на жесткий больничный стул.

– Скажем так, не очень плохо, – ответила Кармела дипломатично.