Против течения. Избранное

И пусть

в этот город уже никогда не вернусь

(ибо лик городов – это лица возлюбленных);

всё равно я увижу – две тени пройдут,

и в Никольском соборе две свечки зажгут,

и помолятся молча о душах погубленных, —

кроме муки земной

между небом и мной,

между мной и тобой —

Божий храм, как на взморье вода, голубой,

голубой…

«Настанет ночь, и в тёмном полусне…»

Настанет ночь, и в тёмном полусне

вернётся ночь – из тех, что были прежде, —

в больном бреду, в болезни, в полусне

я позову тебя – и ты придёшь ко мне,

как приходила в сны и в ночи прежде:

таящаяся, жаркая, нагая.

Обманет ночь, и женщина другая,

к моим губам спросонок припадая,

горчащий вкус измены ощутит, —

и в сне моём меня во сне простит,

без слов поняв чутьём животным, древним —

по ком я плачу…

Остаётся ночь,

а ты уйдёшь путём ночным и древним,

бледнеет тень, и тает льдинкой имя,

и не понять, зачем теперь с другим, и…

Прими (он твой) последний стих,

к тебе – склонясь в земном поклоне:

искал я прелестей земных

в непостоянстве глаз твоих,

в живом тепле твоих ладоней

и в грешной мгле твоих волос.

В нас небо дальнее слилось

с землёй (земля ли в небе тонет?),

и нас к земле от неба клонит.

…Но это счастием звалось.

1984–1987

«…Ибо радостям нашим назначен предел, за которым…»

…Ибо радостям нашим назначен предел, за которым —

пустота пресыщенья и скуки горчащий настой, —

день всегда беспощаден, и странным покажутся вздором

мой восторженный шёпот и лепет предутренний твой.

Ибо там, где мы жили, – вминали немые ступени,

поднимаясь к блаженству бессонных и дымных ночей,

навсегда затаились и дремлют неясные тени

наших тел, наших зим, вёсен, лет, осеней…

Ибо там оставаясь незримо, забытые всеми,

мы сомкнули объятья и в замкнутом мире живём, —

но уже не вернуться туда нам – безжалостно время! —

днём с огнём не найти нам дороги туда, днём с огнём.

Ибо нет продолженья.

1994

Стихи из романа

Не лечит время. Верный пёс —

не чуя ног, слепой от слёз, —

который раз приполз, чуть жив,

в глазастый мир дворов чужих,

в чужой уют, мой свет в окне…

Зачем приник к чужой жене?

Просил спасти. Молил помочь.

Один лишь день, одну лишь ночь,

всего лишь жизнь побудь со мной!

В прохладу рук и в алый зной

внутри тебя – меня впусти…

Просил помочь. Молил спасти.