Пробуждение

– Нет, завтра не смогут, – Иван Петрович старался говорить как можно мягче и успокоительнее, но чувствовал, что до конца у него не получается, – вы же не в Меженске сейчас, а в Светлоярске, в областной больнице. И курить в клинике запрещено, так что пока без табака поживете.

– В областной? – удивился Карпунцов. – Что со мной? Я помню, ангина была, сильная очень. Помню, водки выпил, много. А потом не помню. Только шаги, голоса вокруг разные. Мамин голос помню, вот батю хуже, Манюську тоже. Ну, брат с сестрой… но тоже смутно.

Куда они все делись?

Следом Карпунцов отпустил еще одно нецензурное слово.

– Алексей, мы с вами уже договорились – без мата! – Померанцев постарался отреагировать предельно строго и сразу. – Если уж совсем невмоготу было, то сказанное вполне могли заменить словом «блин». Посмотрите, женщины вокруг. Почему они должны терпеть? Вы после тяжелой болезни, на поправку сейчас пойдете. Давайте новую жизнь начинать с чистого листа, без мата.

– Ладно. Что, думаете, я не понимаю насчет мата? Сорвалось пару раз с языка, подумаешь, – буркнул Карпунцов и поперхнулся.

 – А чего мне так говорить тяжело? Язык еле ворочается. Сглотнул слюну… больно чего-то… Доктор, что со мной?

– Горло у вас болит? – вступила в разговор Елена Гаврилова.

– Горло? – Алексей удивленно перевел глаза с Померанцева на Лену, словно только сейчас заметил ее присутствие.

– Да, горло, – уже гораздо увереннее отреагировала доктор Гаврилова, – у вас же ангина была сильная.

– Ангина? – На лице Карпунцова появилась и застыла гримаса человека, который упорно, но малоуспешно пытается вспомнить что-то очень важное. – Да, вроде была. Она у меня часто, еще с детсада. А сейчас сильная была. Я же говорю, что водки напился, чтоб отрубиться… И отрубился, заснул, похоже. Только я дома заснул. Еще Манюська кричала, что штаны не снял, а на свежее белье завалился. Это помню, но потом провалился куда-то… в смысле, заснул…

Слушая Алексея, Иван Петрович лихорадочно пытался выстроить правильную линию разговора, но с досадой понимал, что даже его многолетнего опыта явно не хватает.

В конце концов, случаев летаргического сна такой продолжительности в мире раз-два и обчелся, причем описанные имели место уже довольно давно. Померанцев дал себе зарок прямо сегодня перелистать подборки специализированных медицинских журналов, которые выписывала клиника. Хотелось верить, что найдется хоть немного полезной информации.