Листья дерева коорхи

Листья дерева коорхи

Яна Саковская

История о том, как давным-давно, множество жизней назад встретились Амрис и Кан-Гиор, о том, почему Амрис на протяжении долгого времени не любил своё настоящее имя, и о том, что любую, даже самую старую боль можно отпустить и восстановить на её месте поток любви.Девятый рассказ из серии.

«Да ладно», – таращусь я на него, сидящего в кресле для посетителей.

Он усмехается и кивает с достоинством.

«Представь себе».

«Что же должно было произойти, чтобы ты решил обратиться ко мне?»

Амрис задумывается.

Достаёт трубку, вертит её между пальцами. Щурясь, рассматривает открывающийся из нашего окна вид.

«Я чувствую себя на пороге нового этапа развития. Точнее», – смеётся он. – «Я вижу, что я уже скоро окажусь на другом этапе развития, на новом уровне расширения, сознания своей силы, и я волнуюсь и предвкушаю его».

Замолкает. Курит.

«Ладно. Поздравляю тебя с грядущим новым этапом развития. Я тут причём?»

Он щурится, глядя то на меня, то рассматривая образ себя в недалёком будущем.

«Я предчувствую, что мой путь в новое состояние идёт через разбор какой-то старой истории, в которую я в одиночку не хочу смотреть».

«Так. И?» – начинаю смеяться. Амрис усмехается и одновременно чутко прислушивается к себе. Теперь я тоже вижу тот шаг, который он планирует сделать. Ого.

«Я прошу тебя побыть своей силой со мной, пока я это смотрю».

Я прислушиваюсь к его состоянию. Он трепещет и слышит звук своего будущего торжества, боится и тянется в нежности к новому образу себя и грядущему состоянию.

И я вижу общий образ нового состояния, и мне становится интересно.

«Да, я хочу и готов быть свидетелем твоего перехода. Ты только скажи, какой в него заход».

Амрис посылает мне образ поцелуя и рассматривает, что в себе он трансформирует для перехода. Любуюсь им и жду.

«В своих больших проектах – типа бизнес-империй, которые тебя так веселят, – я часто действую с искажением. Кроме того, что я делаю, что люблю и в чём чувствую интерес, я часто начинаю доказывать, что я не хуже, часто принимаюсь пробиваться наверх с главной целью просто быть там, где за меня никто не может решать.

Или вырываюсь из структуры – с той же целью. И я чувствую, что это старая и больная история. Может быть, самая устойчивая и больная в моей жизни. Через неё я ухожу в штопор к потере себя, депрессии и смерти…»

Просматривает разные эпизоды своей биографии, в которых ему это искажение знакомо, показывает мне общие образы.