Жнец и слеза Смерти

Она спешно говорила с полной дамой в белом переднике поверх серого платья, собеседница, подперев одной рукой двойной подбородок, внимательно слушала и качала головой.

– Думаю, им уже все рассказали, – сказал я, резко повернувшись к Филиппу спиной

– Калеб, ты куда?

– За Кристиной, она может быть в опасности, – сказал я Крепче сжав косу, исчез.

Мне нужно было добраться до дома старухи Анабель как можно быстрее, поэтому я прибег к своей способности перемещения. Думая только о Кристине, я забыл про осторожность, мои перемещения заметили двое неупокоенных, они неожиданно встали на моем пути.

Я резко остановился и взмахнул косой, блокируя древком лопату одного, второй ударил по затылку. Раздался хруст – мертвец, проломил мне голову. Я резко развернулся и ударил его тупым концом косы под ребра. Неупокоенный улетел на метр и упал на спину, его лопата отлетела в сторону. Я повернулся к замешкавшемуся первому, и косой отсек ему голову. Коридор жизни промелькнул перед глазами и душа ушла в небытие.

Нашу драку заметили другие, не успел я отправить в небытие второго, как меня атаковал третий, за ним четвертый, пятый…

Я начал сбиваться со счету. Под ногами валялись гнилые трупы, их вид вызывал отвращение. Живые мертвецы, вооруженные топорами, вилами, косами, лопатами, всем острым и колющим, что можно было отыскать в доме обычного работяги, окружили меня.

Один попытался отсечь мне топором руку, я исчез – он промахнулся, и в эту же секунду я появился рядом и ударил древком косы в живот.

Я погрузился в море трупов, нос перестал различать запахи, перед глазами мелькали то одни, то другие коридоры жизни. Начал теряться между мирами жизни и смерти. Чужая боль стала моей. Я почувствовал усталость, но продолжал сражаться.

Внезапно- тишина… Только тихий шелест листвы, не прекращающийся дождь, падающий огромными каплями в лужи. Небесное зарево, треск горящей древесины, дым, окутавший все, словно туман. Запах гари, смешанный с запахами цветов и гнилого мяса.

Осознание того, что все закончилось, пришло не сразу. Я освободил слишком много душ за очень короткое время. Это не могло пройти бесследно.