Жизнь и смерть христианина

По моему мнению «лорд Джон» был отличным стариком и компанейским человеком.

Помню, уютными вечерами, когда всё семейство собиралось за одним общим столом, «мистер Джон» любил рассказывать легенды о своих предках, кои он знал в огромном количестве.

Устроившись удобно возле камина и порой поглядывая на смущавшуюся время от времени юную «мисс Линду», я и Владимир заслушивались этими историями, и, в конце концов, нам совсем не хотелось покидать этот добрый дом, однако правила этикета требовали иного, в итоге мы прощались и расходились, вернее, разъезжались по домам.

Благодаря «мистеру Джону» мне удалось несколько раз побывать на императорских балах в Зимнем Дворце, куда попасть было практически невозможно.

В первый раз я видел Николая II с супругой Александрой Фёдоровной, которая почему-то тогда показалась мне немного надменной, впрочем, как и все датчане и немцы.

Бал был посвящён рождественским торжествам, и ёлка, огромная ёлка с пушистой кроной, украшенная мишурой и замысловатыми, сделанными вручную игрушками, казалась сказочной.

Этот бал я запомнил на всю жизнь, потому что именно в тот день, 7 января 1913 года, был впервые представлен гостям цесаревич Алексей. Девятилетний мальчик казался смущённым, когда кланялся гостям, но я думаю, в любом случае, он был уже привычен к подобным явлениям, ибо уже тогда осознавал вполне ясно и определённо то, что он – будущее Российской Империи; его с самого рождения готовили к таким мыслям. Он знал, он был готов, он верил.

Помню, девятилетний ребёнок поклонился, затем позвонил в сонетку, которую ему подал слуга на подносе (всё это так напоминало театральное действо), все чаяли увидеть что-нибудь необычное, все ожидали некоего сюрприза, который непременно должен был последовать.

Затем принесли подарки, все дамы хлопали и восхищались очарованием Алексея. А затем начался непосредственно сам бал. Присутствовал ли когда-то Чайковский на таком «традиционном рождественском балу в Зимнем», я не знаю; во всяком случае, отголоски своих впечатлений он перенёс на балет «Щелкунчик».

Вокруг ёлки закружились пары. В одной из них я узнал Владимира вместе с восемнадцатилетней княжной Ольгой, и был очень удивлён, ибо танца с самой великой княжной мог удостоиться не каждый присутствующий. Но форма старшего офицера императорского военного корпуса так была ему к лицу, что он удостоился подобной чести.

Танцевал Владимир действительно божественно, и было одним удовольствием созерцать это «действо».