Рассказы

«Придёт Он, придут и они, и тогда на Земле воцарится мир и покой», – говорила Еввула.

Ему снился сам Учитель, а в одном из снов Он даже приблизился к Пантолеону, который никогда ранее не видел Учителя так близко.

Проснувшись в тот день, мальчик подбежал к матери, обнял её и прошептал: « Христ пришёл ко мне!»

Еввула не ответила, а только радостно поцеловала сына.

Теперь же он не притронулся к еде, наблюдая за тем, как голодная няня уплетает и лепёшки, и хлеб, и фрукты.

После не очень обильной трапезы она прилегла и забылась сном.

Осторожно, чтобы не разбудить рабыню, Пантолеон подошёл к двери, отворил её и оказался в саду, где играл прозрачными водами круглый фонтан. Он изображал полуобнажённую Венеру с кувшином, из горлышка которого и изливались свежие потоки воды.

Венера была сегодня, также, грустной и чем-то напоминала древнегреческую Афину. Пантолеон прошёл дальше, где стройною пеленою высились маслины, но сегодня в день скорби никто из рабов не собирал урожай.

Сбоку находилась баня, и однажды отец водил его туда, оставляя на попечение рабов, которые заботливо натирали тело его разными благовониями и делали массаж. Чуть рядом с баней обычно сидел Галлион – старый художник со своими холстом и красками. Нередко Пантолеон приходил сюда, чтобы наблюдать за его работой, тогда холсты оживали, и на них появлялись обнажённые мифические существа из тех народных легенд и сказаний, которые он часто слышал.

Часть картин Галлиона располагалась, другие скупали богатые землевладельцы в качестве предметов роскоши, а на вырученные деньги отец покупал лошадей или новых рабов.

Дальше бани шла гончарная мастерская, а ещё дальше – пристрой для провинившихся рабов. К рукам их привязывали тяжёлые колодки и так держали круглые сутки на солнцепёке.

Сегодня Галлиона не было, на его месте Пантолеон заметил едва смятую траву. Ещё несколько дней назад он рисовал портрет Еввулы в облике богини, который должен был украсить комнату в доме.

Пантолеон вышел на ухабистую аллею и направился в склеп. Он был совершенно один, за ним никто не наблюдал, если не считать яркого ослепительного Солнца, которое в этот день палило нещадно.

В склепе было темно, одиноко, пусто. От каменных стен исходила приятная прохлада, она была так кстати, чтобы укрыться от зноя.

Мальчик приблизился к телу усопшей и долго стоял так, боясь нарушить её покой.