Однажды в тридевятом царстве

Лето торопилось накрыть землю знойным одеялом, не обращая внимания на календарь. Лёгкий ветерок гнал по реке целые стада солнечных зайчиков, сверкавших так, что становилось больно глазам и приходилось щуриться.

Стёпка, предвкушая полный интересных открытий день, не шёл, а почти бежал вприпрыжку, поднимая за собой ногами пыльный шлейф.

Однако ворота крепости были закрыты. Мальчик направился к будочке, в которой дремала пожилая кассирша, вежливо поздоровался и спросил:

– Извините… а Ивана Тимофеевича ещё нет?

– Так был Иван Тимофеевич, был, – ответила кассирша, зевнув, – но убежал минут пять назад.

– А в какую строну он побежал? – спросил Степан, почувствовав внезапную тревогу в душе. Что-то случилось нехорошее…

– Да вон туда! – и кассирша махнула рукой вправо, высунувшись из окошечка почти наполовину. – Ступай за ним, мальчик, коли он тебе так нужен, ты его быстро догонишь. Ноги-то у тебя молодые, здоровые.

И Стёпка побежал по центральной улице города, тянувшейся параллельно крепостной стене вдоль берега реки. Увернувшись от небольшого стада гусей, важно шествующих к воде, он чуть не упал, но удержался на ногах и побежал дальше, вдоль выкрашенных в разные цвета заборов, пригибая голову под нависающими через ограду ветками сирени.

Ивана Тимофеевича Степан увидел минут пять спустя. Старик явно торопился: то бежал, немного прихрамывая на левую ногу, то переходил на шаг, и руки его подёргивались вверх при каждом шаге.

– Иван Тимофеевич! – окликнул Стёпа, догоняя старика.

– А, это ты, дружочек! – воскликнул тот, обернувшись на секунду. И, узнав мальчика, снова побежал-поковылял дальше, задыхаясь от бега.

– Что случилось, Иван Тимофеевич? – тревожно спросил Стёпа.

– Беда, друг мой, беда случилась!

– Какая беда?! – воскликнул Степан, хватая старика за рукав.

Старик остановился, с шумом вдыхая и выдыхая воздух. Говорить смог не сразу, а только немного успокоив дыхание.

– Наш градоначальник, чтоб ему пусто было, продаёт кусок земли возле крепости под частное строительство… Понимаешь, продаёт!.. Продаст, и не будет больше нашей Крепости!.. Спасать надо её, спасать!..

– А как спасать? – растерянно пробормотал мальчик.