Чужая жизнь

Чужая жизнь

Сергей Семенович Монастырский

Случайно встретившаяся слепая женщина. Отчаянная попытка помочь. Потом оказалось, что помогать нужно не разово, а чуть ли не всю жизнь. Даже за деньги. И бросить тоже нельзя, лучше уйти и не начинать. И он стал искать выход.

Сергей Монастырский

Чужая жизнь

Я так стала по тебе скучать, Андрюша! – сказала мама.

– Мам, но это уже было так давно, – Андрей не понял, кого он успокаивает – себя или мать?

– Да, четыре года! – у мамы были совершенно седые волосы, которых раньше не было.

– Мне сказали, что у тебя родилась дочка?

– Кто сказал, – удивился Андрей, – там же никого нет!

– Ну, сказали, – уклончиво ответила мать. – Очень хочется на нее посмотреть!

– Хочешь, я ее сейчас принесу? Она спит.

– Не буди. Мама вытерла слезы рукой, хотя слез Андрей не видел.

– Да, наверное, и не надо, а то и она будет по тебе скучать,– сказал Андрей.

– Как-нибудь приду.

… И на этих словах Андрей проснулся. Серое зимнее утро выползало через еще закрытые еще шторы в спальню.

Из кухни уже раздавался лепет дочки, которую жена кормила кашей, скворчала на сковороде утренняя яичница для Андрея, тихо что-то бубнил телевизор. Словом все было как обычно. Но обычной радости от того, что утро, что впереди длинный день, что в квартире жена, ребенок, он не чувствовал.

Что-то мешало, что-то произошло. А что, он понять не мог.

Привычно спустя ноги с постели, вставив их в тапочки и накинув купальный халат, он вышел из спальни.

– Ой! А вот и папу сейчас будем кормить! – сказала Валентина, целуя мужа в щеку- А ты малышка покушай кашку.

– Умничка, – похвалила Валентина, – давай папу вместе кормить.

Дочка родилась два года назад. Мать умерла за год до их свадьбы, так что в свои двадцать семь лет Андрей вполне еще мог считаться молодоженом. Да так оно и было. Букетно-конфетный период, казалось, надолго застрял в его семье.

Валентина цепляла вилкой кусок яичницы и подносила ко рту Андрея.

Тот послушно открывал рот, и дочка радостно смеялась.

Но что-то не отпускало, не радовало.

– Знаешь, – сказал Андрей, – мне сегодня приснилась мама.

Валентина промолчала. Про личное она ничего не хотела комментировать.

– Она почему-то была с седыми волосами, – грустно продолжил Андрей.

– У нее никогда не было ни одного седого волоса.

– Да, – подтвердила Валя, – она же умерла молодой.

– Пятьдесят два ей было, – Андрей отставил от себя тарелку.