Беллетрист

Он легко узнавал среди редких прохожих своего брата-работягу по обстоятельной, неторопливой походке, непритязательности в одежде. До завода было минут двадцать ходьбы. Клюев рано выходил из дома. Привычка. До работы успевал покурить, сыграть в домино. Как без домино?

– Что ты ползешь, как черепаха? – делал Клюев замечание Трунову, автослесарю из гаража. – Надо спешить, а то всю работу разберут. План надо давать.

– Иди. Давай, – огрызнулся Трунов.

У заводоуправления Клюев замедлил шаг. Еще метров триста – и покажутся бытовки, трехэтажное кирпичное здание.

Даже в самые лютые морозы в бытовке было тепло. Клюев переодевался на первом этаже. Через пять минут должен подойти автобус с рабочими, и в бытовке станет шумно. Дроздецкий опять будет дразнить Сазонова, тот – грязно ругаться. Каждый день одно и то же.

Ермаков, Сидорчук, Плотников уже были в цехе.

– Что вам не спится? Из дома, что ли, выгоняют? – зло заметил Клюев.

– Кто-то должен первым приходить, – ответил Ермаков. – Давай садись.

– Начали!.. – перемешал Сидорчук домино.

Клюев ни разу не проиграл – везло. Плотников же двух «сопливых» получил.

Незаметно как собралась смена.

– Заканчивайте, – подошел Чебыкин с работой.

– Ну опять, Леонид Иванович, ты не вовремя. Доиграть не дал, – шутил Плотников.

– В обед доиграете. Расписывайтесь.

Тетрадь по технике безопасности пошла по кругу.

– Ольга, о чем это вы с Владиславом шепчетесь? Договариваетесь, что ли? Смотрите у меня, – пригрозил пальцем Плотников.

 – Не спариваться.

– Ты, Алексей, без этих своих сальных шуточек жить не можешь, – беззлобно заметил Владислав.

– Его хлебом не корми, дай поговорить о сексе, – широко улыбнулась Клавдия.

– А ему больше ничего не остается… – намекал Лаптев на предпенсионный возраст Плотникова, мужское бессилие. – Слюни распустил.

– У тебя есть работа. Продолжай делать болты, – проводил Чебыкин разнарядку. – Ты, Анатолий, заканчивай муфту.

– Да нужна мне эта муфта! – отшвырнул Бушмакин чертеж.

 – Кто начинал, тот пусть и заканчивает! Умники нашлись. Верхушки сшибают, а я заканчивай за них работу!

– Мне, Анатолий, нечего нервы свои показывать. Они у меня тоже есть! – повысил голос Чебыкин. – Не хочешь работать, я тебя не держу, а пришел – так нечего выкобениваться! Извините за выражение.

«С чего это он поднялся? Что ему надо? – не понимал Леонид Иванович. – За месяц хорошо ж вышло. Обижаться не на что. Я всегда его в пример ставлю. Странно».