Отбор женихов для волчицы лунного князя

После процедуры, которую Велислава назвала переменой судьбы, она меня ещё и веником попарила, так что из бани меня выводили под руки две девушки в белых сарафанах. Уложили здесь, в такой нарочито деревенской горнице, что она кажется ненастоящей, будто музейная постановка. Может, так и есть: я дорогу сюда не запомнила.

Единственное, что нарушает антураж, – лампа под потолком. Но даже под этим отголоском родного мира у меня полное ощущение, что судьба переменилась, что я оторвана от своего прошлого, и это вдруг почти приятно.

Я хочу, чтобы прошлое отпустило. Жаль, ритуал не подправляет память. Михаила я бы очень хотела забыть. И ещё некоторые моменты… много моментов. Хотя сейчас, когда лежу вся распаренная, будто пьяная, болезненные события вспоминаются легко, словно чужая жизнь.

Дверь отворяется. Велислава в белом сарафане протягивает мне вполне современный стакан с клюквенным морсом. Хотя, кажется, к его запаху приплетаются нотки, которых не было в том морсе, что мне дали при выходе из бани.

Пытаюсь взять стакан, но руки не поднимаются. Велислава приставляет его к моим губам. Первый же глоток подтверждает подозрение: вкус другой, в нём медовая сладость, более резкая горечь и что-то вязкое, оплетающее язык и горло. Вязкость растекается щекотным теплом.

Морс заканчивается неожиданно быстро, я бы пила и пила.

– Пора, – торжественно сообщает Велислава.

Жалобно смотрю на неё снизу:

– Сил нет… спать хочу.

Вздохнув, Велислава уходит. Но через десять минут возвращается с чашкой горячего натурального кофе.

– Тамара, соберись.

Вздыхаю. Наверное, я могу залезть под одеяло и отказаться идти. Возможно, мне за это физически ничего не будет… или будет?

– А можно немного полежать?

– Нет, ещё волосы сушить, заплетать. Одевать тебя. А для ритуала всё подготовлено. Возьми себя в руки и вставай.

Пока беру только чашку кофе. Вдыхаю бодрящий аромат. И спрашиваю:

– Ариан… какой он?

Тёмные глаза Велиславы будто ещё больше темнеют.

– Он слишком сумеречный, – чеканит она.

Нахожу в себе силы сесть на кровати и повыше натянуть полотенце на грудь.

– В каком смысле? – Придерживаю чашку, чтобы кофе не расплескалось.

– Любит Сумеречный мир. Книжки ваши читает, фильмы смотрит. Отучился аж дважды, хотя достаточно одного.

За Ариана и наши учебные заведения обидно:

– Возможно, ему понадобилось больше знаний.

– По литературе сумеречного мира? – вскидывает брови Велислава.