Либретто для жонглера

– Приснилось, – сказал он.

– Я был похож на чокнутого?

– Немножко.

– Что же мне теперь делать?

– А чего ты суетишься

– Не знаю, – сказал я. – Мы всю ночь пешком шли. Метро уже закрыли.

– Понятно. Это бывает. Угощайся.

Я взял мармеладку. Спасибо.

– Всё лето ты один в комнате. Значит, до сентября место есть.

– И правда, – согласился я. – Чего я распсиховался?

– А там снимешь квартиру. Можем скооперироваться.

– В каком смысле?

– Если подвернётся недорогая двухкомнатная, то возьмем по комнате.

– Идёт, – обрадовался я. – Только ведь, наверное, это денег стоит.

– Заработаешь, – сказал он просто.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Когда я вошёл, Элисса уже не спала. Я поцеловал её и сказал: "С добрым утром".

Так мы поцеловались с ней в первый раз.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .. . . . . . . . . . . .

И явился ему ангел, и от крыльев и лика ангела исходило сияние.

И, открыв глаза, он увидел небеса и землю, и лестницу от земли к небу, лестницу всех восходящих, и поражённый невиданным зрелищем, он воскликнул: "Я вижу всё так ясно! Неужели я сплю?"

– Тебе кажется, что ты спишь, – отвечал ангел.

Money Talks

– Сколько дискет ты сможешь заполнить? – спросил он.

Я подумал немного и сказал: "Штук двадцать – тридцать. Может быть, больше".

– Сколько у тебя своих? – спросил он.

– Пять, – сказал я.

– Хорошо, я добавлю. Я уезжаю десятого числа.

– Успею, – сказал я.

Я предложил ему десятую часть от выручки с моих дискет, он сначала отказывался, говоря, что делает это просто по дружбе, но потом согласился на пятьдесят процентов.

Я не сомневался, что у него дело выгорит. У кого же, если не у него? Так оно и вышло. Я получил кучу денег. Нелегальная продажа матобеспечения – так, кажется, это называется.

К тому времени я уже снял квартиру, – жить в общежитии становилось всё более неудобно, – и деньги оказались как нельзя кстати.

Впрочем, когда они бывают лишними?

Дождь,

кипящее варево в каменной печи Города,

фонтан на площади, ядовитая накипь ярких зонтов.

В глиняном котле площади варят, варят ведьмы сонное зелье,

помешивая его стальными мечами ветра.

Как холодно!

Дождь.

Ты у камина читаешь книгу, ты сидишь в кресле, ты поднимаешь голову и смотришь в окно, и в твоих глазах солнце.

. . . . .