Колкая малина. Книга третья

Жизнь, она из камня возродится,

Окропится всё живой водой,

И темнота в рассвете растворится.

Жизнь

До некоторых пор жизнь только отдаёт:

Греет, кормит, учит, охраняет,

Но однажды день такой придёт,

Когда она свой счёт тебе предъявит.

И никто от этого не будет защищён,

А там всего один простой вопрос,

Один и тот же с незапамятных времён —

Для чего ты на Земле живёшь?

Он будет одинаково конкретным

Для всех, без исключения, людей,

А особо показательно-предметным —

Для нищих попрошаек и царей.

Нас изводили страхи и хворобы,

А мы гуляли – только развяжись!

И клятвы приносили для собственной утробы,

И это тоже называли жизнь.

А жизнь заставит заглянуть в себя:

Что просто разбазарил, а что сумел собрать,

И сколько время промотал зазря,

И что теперь намерен отдавать?

Жизнь нельзя ни завещать, ни подарить,

И она сумеет каждому воздать.

Её нельзя ни подменить, ни повторить,

И только камни за собой осталось собирать.

Закуска

Закажу в китайском ресторане

Фирменную утку по-пекински.

И пусть у повара дракон на сарафане,

Я водку разолью по-сахалински.

Хорошо сидеть под опахалом,

Когда кухня иноземная – острая и вкусная,

И пусть мнение моё прозвучит скандалом,

Но нет закуски лучше, чем кета семужная.

Это там, где чайка прокричала:

– Мир большой, иди в него смелей!

И юность вслед рукою помахала.

Ничего никто не выспорит у Родины моей.

Изломанные морем берега,

Песчаные обрывы и брусничные кусты.

Здесь серым пеплом отливается вода

Откуда-то из самой глубины.

Двое из Сибири по груздям страдали,

А другу с Украины жизни нет без сала.

Все без ложной скромности о своём мечтали,

А утка по-пекински на столе скучала.

Надо помолиться за волю и терпение,

Когда реальность злобна и капризна.

Наступит день всеобщего смирения,

И накормит всех иконописная Отчизна.

Мутный шум

Кому-то не хватило человечности,

И он падшего мимоходом пнул,

А другой, из собственной ущербности,

Свечи поминальные задул.

Кому-то в День благодарения

Привели в подарок белого слона,

А у кого-то лопнуло терпение,

Когда вокруг сплошная срамота.

У неё сегодня романтический приём,

Она в красном пеньюаре заговор плетёт.