«Перо зимородка» и прочие тайны

– Сурово, – заметил Отто.

– Какой в них прок? Дешевые письма дешевых людей… Видишь, даже на растопку не годятся. Грета, ты идешь?

– Минуту! – донеслось из дома.

– Может, ты и права, – заметил Отто, глядя, как тощее пламя обгладывает бумагу. – Да, чуть не забыл… Поблагодарить тебя хотел.

Я сделала удивленный вид.

– Ладно, будет прикидываться… Какой-то неизвестный благодетель оплатил пансион для сестер. То есть пожелал остаться неизвестным, но я парень пронырливый, ты же знаешь. Правда, мне нечем отдаривать, во всяком случае – пока, – он неловко улыбнулся.

– Познакомишь с новостями – и мы в расчете. Я на два месяца выпала из жизни, пока занималась… всем этим.

– Это с большим удовольствием. Вон и госпожа Кунигунда идет, – из дверей наконец-то показалась Грета, неся супницу. – А новостей – да, хватает. Профессор Иезекиил передает привет и велит напомнить, что в марте очередная переаттестация.

– Да, спасибо. Уже готовлюсь.

– Готовься, но сильно можешь не усердствовать – великого Дитриха Бергена не будет.

Я застыла с кофейником в руке.

– Помнишь вурдалака? – продолжал Бернстайн. – Он еще на заседаниях сидит справа и вечно притворяется, что спит.

– Кто ж его не помнит… А куда он делся? Неужели в отставку подал?

– В том-то и штука, что нет, – Отто хмыкнул. – Представляешь, он пропал. Не спрашивай, куда, как и прочее. Не знаю. В Ювелирной палате ничего не говорят, но делают кислые рожи. Возможно, просто втихую сняли – всем известно, какие слухи о нем ходили.

– Ходить-то ходили, но за руку Бергена не поймали. Так, салфетки и хлеб на пне…

– Может, и ловили разок-другой, – возразил Отто, – мы просто не знаем. Отличные пироги, зря наговариваете… Так вот, Берген. Наш профессор говорил, что видный знаток сами знаете чего научился неплохо торговать своими знаниями. Намек прозрачен, – он усмехнулся, – как алмаз чистейшей воды.

– Да, помню. Берген еще грозился привлечь его за клевету.

– Вот-вот, – кивнул Бернстайн.

– Точно не знаю, но вроде Иезекиил сказал, что если Берген затеет суд, то пусть пеняет на себя. Видимо, все же что-то знал.

– Ну вот, а говоришь – за руку не поймали, – заметил Отто. – Значит, нет дыма без огня. Ладно, хватит о нем, слишком много чести. Что там еще из важного… Наша держава наконец-то помирилась с родственным герцогством Эльзингер, и оно снова отказалось от своих династических претензий.