Полное собрание сочинений. Том 33. Воскресение. Черновые редакции и варианты

И онъ, тотъ Нехлюдовъ, который былъ такъ требователенъ къ себ? въ иныя минуты, погубивъ челов?ка, любившаго его, за эту самую любовь погубивши его, былъ спокоенъ и веселъ. Только разъ, отойдя отъ играющихъ, онъ вышелъ въ коридоръ вагона и посмотр?лъ въ окно. Въ вагон? св?тло, весело, блеститъ все, а тамъ, наружу, темно, и хлещетъ въ окна дождь съ гололедкой и течетъ по стекламъ, и тамъ пустыня, низкiе кусты и пятна сн?га. И почему то вдругъ ему представилось, что тутъ, въ этой пустын?, среди кустовъ и сн?га, она, Катя, б?житъ за вагонами, ломая руки и проклиная его за то, что онъ погубилъ и бросилъ ее.

Онъ помнилъ, что эта мысль, мечта скользнула въ его голов?, но тотчасъ же онъ отогналъ ее, т?мъ бол?е, что изъ вагона Шёнбокъ кричалъ ему: «Что же, Нехлюдовъ, держишь или выходишь?» – «Держу, держу», отв?тилъ Нехлюдовъ и вернулся въ св?тъ вагона и забылъ то, что ему представилось. Теперь только, на суд?, онъ вспомнилъ это. Такою, вотъ именно такою, какою она теперь въ этомъ халат?, онъ тогда вид?лъ ее въ своемъ воображенiи. Съ т?хъ поръ Нехлюдовъ не видалъ Катюшу.

Только одинъ разъ, когда посл? войны онъ за?халъ къ тетушкамъ и узналъ, что Катюши уже не было у нихъ, что она отошла отъ нихъ, чтобы родить, что гд? то родила и, какъ слышали тетки, совс?мъ испортилась, у него защемило сердце. Нехлюдову сд?лалось ужасно больно и стыдно. Сначала онъ хот?лъ разъискать и ее и ребенка, но потомъ, именно потому, что ему было слишкомъ больно и стыдно думать объ этомъ, онъ не сд?лавъ никакихъ усилiй для этого разысканiя, не столько забылъ про свой гр?хъ, сколько пересталъ думать о немъ.

Въ глубин?, въ самой глубин? души онъ зналъ, что поступилъ такъ скверно, подло, жестоко, что ему съ сознанiемъ этого поступка нельзя не только самому осуждать кого нибудь, но смотр?ть въ глаза людямъ. Такъ выходило по т?мъ требованiямъ, которыя были въ немъ.

Но существовало другое судилище, судилище св?та, людей его среды, по мн?нiю которыхъ, онъ зналъ, что поступокъ его считается не только простительнымъ, но иногда даже чуть не хорошимъ, о которомъ можно нетолько шутить, какъ шутилъ Шёнбокъ, но которымъ можно хвастаться.

И потому надо было не обращаться къ сов?сти, а къ судилищу св?та. И онъ такъ и д?лалъ. И это все дальше и дальше отводило его отъ жизни по сов?сти, не только въ этомъ, но и въ другихъ отношенiяхъ. Разъ отступивъ отъ требованiй сов?сти въ этомъ д?л?, онъ уже не обращался къ своей сов?сти и въ другихъ д?лахъ и все дальше и дальше отступалъ отъ нея.