Полное собрание сочинений. Том 13. Война и мир. Черновые редакции и варианты

Она, шумя платьем, молча вышла из комнаты.

Князя Андрея что то кольнуло в сердце при звуке последней двери, которую она за собой затворила. Как будто он виноват был перед ней. «Милое существо», думал он, «но я не могу любить его», и опять унижение мысли князя Иполита о его жене и о нем мучало его. Они помолчали.

Андрей снял мундир, надел кафтанчик и, как будто стряхнув с себя тяжелые мысли, совсем другой, веселый и спокойный, вышел в столовую.

Когда он сидел за ужином, глядя на добродушное толстое лицо Pierr'a, сидевшего против него,[1043 - Зачеркнуто: лицо] глаза его горели непривычным блеском оживления – всё таки гордого оживления, и дружбы, и все гордой, покровительственной дружбы.

Казалось, чем больше в нынешний вечер он потерял надежды на счастье с женой, тем сильнее в нем становилась[1044 - Зач.: очарованье] потребность дружбы. Он не спускал глаз с доброго круглого лица Pierr'a и постоянно заигрывал с ним и ласкал его, как заигрывают и ласкают любимую женщину.

Pierre[1045 - Зач.: много ел и много говорил] иногда отрывался от еды, чтобы[1046 - Зач.: много говорить все длинно] высказать всё, что он хотел, иногда отрывался от разговора, чтобы есть очень много и быстро, почти не жуя, всего, что подавали.

31.

– Ты был очень хорош, – говорил князь Андрей. – Тебя, как плотину, прорвало[1047 - Зач.: И что рожу сделал этот французик] и m-lle Annette надо было видеть.[1048 - Зач.: она тебя съесть хотела] То хорошо, что ты один из всех говорил.

Коли бы не ты, то во весь вечер мы бы живого слова не услыхали.[1049 - Зач.: Бессмысленные истории vicomt’a и анекдот…]

– Да, нет, – поднимая голову и пережевывая сказал Pierre.– Нет, ты заметил анекдот Иполита. Очень хорош. Очень хорош…

Князь Андрей не отвечал. Он был слишком горд, чтобы смеяться над кем нибудь за глаза, особенно над таким жалким человеком, как князь Иполит.

Замечательно было, что князь Андрей, который часто бывал mordant[1050 - [язвителен]] в глаза, никогда за глаза ни про кого не говорил того, чего бы он не мог сказать ему в глаза.

[1051 - Зач.: За то в глаза о[н]] И это было не правило, но инстинкт, вытекавший из того же убеждения, что равных ему никого не было.

– Знаешь, что я открыл? – продолжал Pierre. – Я у них живу теперь и видаю его часто. – (Pierre, приехав в Петербург, остановился у князя Василья по желанию отца, который был дядя князю Василью.