Костры

Костры

Иннокентий А. Сергеев

Дорога – это сама жизнь, когда граница между сущностью вещей и непосредственно переживаемым опытом стирается, а искусство появляется лишь тогда, когда оно черпается напрямую из опыта, и процесс письма направляется исключительно потоком впечатлений от происходящего вокруг…

Иннокентий А. Сергеев

Костры

1

Костры на улицах ночного города.

Я иду, подбирая с холодного, сырого асфальта фантики и набиваю ими карманы.

Кто эти люди, что жгут костры и сжигают портреты? Я никого не ищу среди них. Я уже давно заблудился в этом городе на этой планете.

Немного надежды или немного сна – разве это не одно и то же? Я хочу лишь немного надежды, но не найду её здесь, и я собираю фантики, веря, что собрав достаточное их количество, смогу купить на них билет, чтобы уехать отсюда.

Я знаю, что поезда давно ржавеют в депо. Но может быть, это всё неважно.

Одна надежда – что это всё неважно.

Что всё как-нибудь само собой образуется. Или кончится, всё наконец кончится, и станет светло, и я буду не здесь.

Где я тогда буду?

Не здесь – это где? На какой планете?

Солдаты варят кашу на походных кухнях как в разрушенном городе – солдаты, призванные защитить горожан от войны.

От дыма першит в горле, и трудно дышать. Но я смеюсь, потому что пьян, и потому что мне ничего здесь не нужно.

Девушка, что сидит у меня на спине, обвив шею руками, смеётся и машет рукой людям у костров, и они приветствуют её и называют по имени,– каждый раз по-другому.

А та, другая, что не устанет каждый день пересчитывать пустые бутылки под моим столом, кто она?

Это всё та же ночь, и количество никогда не перейдёт в качество. Разве что она уйдёт от меня, или эта девушка, наконец, спрыгнет с моей спины, и тогда я смогу увидеть её лицо.

Ведь я даже не знаю, красива ли она.

Поначалу я почти не чувствовал её веса, а теперь мне становится всё труднее и труднее сгибаться, наклоняясь к асфальту, и делать каждый следующий шаг.

За тем перекрёстком я упаду, и она спляшет на мне лихой танец. И эти люди будут хлопать ей в ладоши, сидя вокруг своих костров, и подбадривать её криками.

А мои фантики снова окажутся сором. Или, как сказал апостол Павел, дерьмом.

Но, в отличие от дерьма, они не пахнут, и только это делает их похожими на деньги.