Витязь в тигровой шкуре

Сердцем всем и всей душою, ныне я перед тобою

Говорю: твоим слугою буду в славе и в борьбе».

Фарсадан, услыша это, полон радости привета.

Слово шлет ему ответа: «Бога я благодарю.

Царь ты Индии венчанный, как и я. Когда нежданный

Дар мне шлешь, ты мне желанный. Молвлю брату и царю».

Царством чтит его, как даром. Назначает амирбаром,

Также амирспасаларом, – полководец главный то.

Правя властью полноправной, царь он не самодержавный,

С главным в этом лишь не равный, а в другом над ним никто.

Моего отца с собою равным царь считал. Порою

Молвил: «Горд моей судьбою: где такой есть амирбар!».

То в охоте беспокойной, то в войне и битве знойной,

Все вдвоем четою стройной. Знак был в нем особых чар.

Я – не он. Хоть благородство есть во мне мое. Но сходства

Нет меж двух. И превосходство было в нем свое всегда.

Был бездетен царь с царицей, хоть лучистой, грустнолицей.

Оттого своей сторицей за бедой пришла беда.

Горе! В час, огнем богатый, гроз готовятся раскаты.

Амирбару в день проклятый был дарован я как сын.

Царь сказал: «Того же рода он, что я, – одна природа.

Пусть он, – в этом мне угода, – возрастет как властелин».

Царь меня с царицей взяли, как свое дитя. Печали

Я не знал. Меня качали, пели ласковый напев.

Люди мудрые учили, возвращали в царской силе.

И как солнце был я или как встряхнувший гриву лев.

Я к Асмат сейчас взываю. Если ложно, что вещаю,

Ты скажи. Я утверждаю, что когда пяти был лет,

Нежной розой я светился, льва убить не тяготился,

Фарсадан уж не мрачился, что родного сына нет.

Бледен. Крови в лике мало. Но Асмат рассвет мой знала,

Знает, как заря блистала, расцвечая юный день.

Хороша краса младая. Говорили: «Он из рая».

А теперь я что? Немая мгла того, что было. Тень.

Пять годов – как свет зарницы. А у царской роженицы,

Дочь родилась у царицы». Юный горестно вздохнул.

Грустный взор блеснул слезою. Обомлел он, взят тоскою.

Грудь Асмат ему водою освежила.

Молвил: «Сила огневая, что горит во мне сжигая,

И тогда была златая. Мой бессилеет язык

В похвалах. Пред Фарсаданом, торжествующим, румяным,

Все цари – в усердьи рьяном. Многократный дар велик.

От царей дары богаты. Светлой радостью объяты,

Принимают их солдаты. Гости – в празднестве живом.

Царь с царицей, нас лелея, смотрят вдвое веселее.

Имя той скажу, что, рдея, сердце мне сожгла огнем».

Имя вымолвить он тщится.