Витязь в тигровой шкуре

Свод небесный

Был красой его чудесной словно радугой пронзен.

Я не мог узнать причины слез его, его кручины.

Хоть в красе он был единый, но меня разгневал он.

Чуть ко мне метнувши взором, вытер слезы, скоком скорым

На коня вскочил, – я спорым овладеть велел, но вмиг

Разметал моих людей он. Кто он? Дьявол? Лиходей он?

Я без слова был осмеян. Вдруг исчез, как вдруг возник.

Был ли он иль нет, не знаю. Горький ад на смену раю

Я от бога принимаю. Прошлых дней погашен свет.

Этой скорби не забуду, не бывать такому чуду,

Сколько дней я жить ни буду, мне веселья больше нет».

В голос звук вложив напева: «Соизволь, – сказала дева,—

Слово выслушать без гнева. Обвинять нам хорошо ль

Этот промысел всезрящий? Бог и к мошке добр летящей.

Если он раскинул чащи, разве в них он дал нам боль?

Если витязь был телесным, не видением чудесным,

На земле другим – известным он, конечно, должен быть.

Встанет весть, придет к нам слухом. Если ж он лукавым духом

Был и скрылся легким пухом, что ж тоской себя губить.

Вот совет мой, повелитель: над царями ты правитель.

Зри кто хочет, – где тот зритель, чтобы твой измерил свет?

Так пошли людей, – пусть ищут, целый мир пускай обрыщут.

Уж они ответ отыщут, смертный это или нет».

Царь зовет гонцов проворных, между лучшими отборных,

Чтобы в поисках дозорных не жалели ни труда,

Ни стараний, ни усилий, чтобы каждого спросили,

Где тот витязь, гордый в силе, и чтоб шли скорей туда.

Вот гонцы в далекой дали. Целый год они блуждали.

Никого не увидали, кто бы витязя встречал.

Все напрасны вопрошанья. Бесполезны их исканья.

Были долги их блужданья, – был успех их вовсе мал.

Пред царем рабы предстали. Преисполнены печали,

Так его оповещали: «Хоть искали мы везде,

Труд бесплоден был, хоть честен, – нам скорбящий лик уместен,

Никому он неизвестен. Укажи, искать нам где?»

Молвил царь: «Мне дочь сказала правду. В скорби смысла мало.

Здесь змея являла жало, – это был нечистый дух.

Мне мой враг был с неба свеян, это им я был осмеян.

Да блудит среди затей он, – чист мой взор и волен слух».

Позабыт им дух лукавый. Снова игры и забавы.

Песнопевец ищет славы. Закрутился акробат.

Юным царь велел и старым веселиться. Светлым чарам

Нет предела. Царским даром не один опять богат.

Автандил – полуодетый. Вкруг него играют светы.

Арфы звон и песни спеты.