Перфекционистка в офисе

– Добрый день, Славик! – отвечаю я, ощущая, как мой прекрасный, только что положенный на бумагу план уже коснулся холодной воды и буквы на нем расползаются синей паутинкой. – Что ты здесь делаешь?

– Тебе звоню, Александра, но ты, видимо, на обеде.

– Точно, – скептически цежу я.

– Я вижу, ты очень торопишься, поэтому я сразу к делу, – Славик бодро семенит за мной. – Александра, дорогая, пожалуйста, ускорь дело Сердобольного! Клиент очень просит! – голос у Славика такой плачущий, будто ему жаль жертву (то есть меня), но он ничего поделать не может – сценарий уже давно определен, и ничто не в силах его изменить.

– У меня сегодня и без того аврал. У Татьяны ещё день рождения.

– Александра, ты же знаешь, я в долгу не останусь!

– Ничего не обещаю, – я вздыхаю, зная, что он теперь не отстанет.

– Но посмотрю, что можно сделать, – с улыбкой заключает Славик.

– Ты говорил, что это дело категории «В»?

– Да, много времени не займет! – Славик радуется и спешит распрощаться, пока я не передумала.

– Ладно, посмотрю, что можно сделать, – отвечаю, лишь бы отделаться от него.

Категория «В». Желудок сладостно стонет, будто я ему обед пообещала. Как у парашютиста перед прыжком или у игрока на рулетке, который идет ва-банк. Раньше у меня такое чувство было, когда я почту проверяла в ожидании письма, которое изменит мою жизнь. Теперь мне от писем под стол спрятаться хочется: ускорьте, посмотрите, снова ускорьте, перепроверьте, сверхсрочно! Поэтому для улучшения настроения я вместо писем думаю о делах новых клиентов.

В руках покалывает от волнения: каждое дело – отдельная человеческая судьба. Одна может быть незатейливой, как буква «А». Мы их так и называем – категория «А», «мальчиши-кибальчиши». Жизнь их успешна и предсказуема. Выпускники престижных вузов со стремительной карьерой, два-три языка, диплом с отличием, хорошее место в престижной компании.

Другие истории витиеваты и запутанны. Это категория «Б», так называемые «плохиши». Троечники с характером и склонностью к риску. Над их кейсами можно годами сидеть, но так до конца и не понять, как человек свои первые миллионы сколотил.