Поход на полночь. Александр Невский

– А хоть бы и разумел, – подумал Попович, – есть ли у него страх или, может, он полоумный какой?

Через реку переправлялись войска. Александр заприметил уже на этой, степной стороне князя Мстислава Удатного и молодого князя Даниила, сродника его, что состоял при князе на положении воеводы. К нему и обратился Попович, соблюдая ряд и чин – хоть Даниил раза в два моложе Поповича, а происходил он из высокого рода княжеского и сам княжил, а не воеводствовал, как Александр. И, слава Богу, вроде, не глупой у Мстислава зять-ат! Попович вычислил верно.

Попович отошел к обозу. Отыскал две своих телеги. Тамила – не то тиун его, не то оруженосец, с Никишкой, сыном своим, обрадовано кинулись навстречу.

– Ну, как ты там?

– Да как вошь под шапкой – в темноте. Тычемся тут без толку. Места незнаемые, лешие. Одно слово – идем вслепую, наугад. Слава Богу, хоть трава да вода есть, а как прижарит солнце да трава погорит – вот тогда и завертимся… – воевода разговаривал с Твердилой, своим рабом, откровенно – стар Тамила, опытен, верен.

– Так ведь половцы ведут.

– Куда-то еще заведут… Им самим эти места – дальние. Они тут, почитай и как мы – небывальцы.

– Бродников бы наймовать. Бродничьи вожи самые знающие.

– То-то и оно. Да их где взять? Разбежались по степи. И так скрытно живут, по рекам хоронятся, а теперь их вовсе не сыскать. Ни одного бродника, уж сколь дней идем, не видел.

– Да и не стали бы бродники князьям да половцам служить! – встрял Никишка.

– Уж, ты вывел! – засмеялся воевода.

А Никишка, почесав потылицу после отцовского подзатыльника, чтобы в разговор старших не лез, не унялся:

– Я одного бродника знал. Дружество с ним водил. Так он на князей да на половцев, как собака, зубы скалил. Баил: князья де у нас все ловы отняли, со всех сторон степи распашкой давят. Дичину охотами своими с мест сбивают, реки сетями перегораживают, а половцы и того хуже: бродников имают, где не встретят, да в рабство за море продают.

– Это верно: половцы-то, известное дело, с того живут, что людьми торгуют, – согласился Тамила.

«Да и князья работорговлей не брезгают – подумал Попович, – Кто половцам пойманных повсюдно рабов к степным границам полонами гонит? Князья! А ины и своих смердов продают».

– Ты доспех-то приготовил? – спросил он, переводя разговор на другое.

– Все в готовности.