Тяжесть тени

Тяжесть тени

Борис Александрович Алмазов

Рассказ о детективном расследовании. На основе событий конца 60-х годов.

Борис Алмазов

Тяжесть тени

1.

– Вы хоть отдаете себе отчет куда вляпались? – говорила она капитану тоном старшей сестры,– Уверяю вас, вы даже не представляете какая теперь на вас бочка покатится! Вот уж действительно, сам напросился!

Леночка попыталась помочь капитану разложить вилки и ложки, но он запротестовал:

– Никакого равноправия! Да здравствует здоровый феодализм!

«Ура товарищи!» – к месту провозгласил с экрана, бормотавшего в углу телевизора, Леонид Ильич Брежнев.

Кафе самообслуживания, где они заняли столик, считалось хорошим. В нем иногда бывали дефициты вроде черной икры или растворимого кофе или твердокопченой колбасы. Готовили здесь прилично, поэтому народу здесь было предостаточно.

Посетители сновали по всему залу таща пластмассовые подносы уставленные тарелками и стаканами, выискивая свободные столики с тоскою колумбовских моряков выискивающих на горизонте берег. Увидев таковой, кидались к нему с решимостью и резвостью чрезвычайной, порывы их были непредсказуемы ,как движение шариков в пособии по броуновскому движению, Но ,как с удовольствием отметила про себя Леночка, капитан не только не с кем не столкнулся, а вроде бы никому и дороги не пересек.

«Наверное, он хорошо танцует» – подумала Леночка. И ей вдруг ужасно захотелось танцевать Нет, не современные танцы, более похожие на физкультурные упражнения, когда мощным коллективом топчутся на месте ,даже не глядя друг другу в глаза, так то Леночка натанцевалась в компании своих подружек на вечеринках. Хотелось танцевать что-то вихревое, с отблеском свечей в сияющем паркете, и чтобы газовый шарф на обнаженных плечах , и шлейф в пол зала, и рука на серебряном погоне.

И тут же она себя одернула « Размечталась Золушка или еще хуже Наташа Ростова» Она уже привыкла не возноситься мечтами, слишком больно, было, потом падать на грешную землю.

– Вы почему-то вызываете старорежимно – белогвардейские ассоциации, – сказала она капитану, когда он вернулся, неся с профессиональной легкостью поднос – будто всю жизнь работал в столичном ресторане.