Волшебный магазин

Она вернулась на кухню и стала ждать.

Выйти из квартиры она не могла – замок не позволял. Сползать обратно по водосточной трубе не хватало духу.

Она долго лежала. Дневной свет погас. Где-то у соседей по радио играла музыка.

Она прошлась еще раз, все же обдумывая сползание по трубе. Но ее взгляд зацепила странная вещь – женская кофта элегантного вида. Вообще жена у Саши была очень модная и даже носила шляпку – это Туся заметила издали, при одном из прощаний «навсегда» в Юрмале.

И Туся поняла, что приехала жена, и они пошли отмечать, и, очевидно, Саше не удалось ее предупредить, да и как – при отсутствии связи?

И взыграло подлое женское: сейчас все и решим!

Пришлось еще основательно поваляться, слушая соседское радио.

Дверь открылась. Туся зарылась в диванные подушки и поняла, что скорее умрет, чем посмотрит на них.

– Повернитесь! Я хочу видеть ваше лицо! – с легким прибалтийским акцентом сказала жена.

Саши слышно не было. Хотя она знала, что он в комнате.

– Я хочу видеть ваше лицо! – уже с легкой угрозой повторила жена, и Туся подумала, что на ее месте не стала бы ничего просить, а вцепилась бы в волосы и разглядела без спросу.

Наступила пауза, и потом шаги. И потом хлопнула дверь, которую, к счастью, не заперли. И эта мысль очень четко прозвучала в Тусиной голове: могу уйти.

Тогда она оторвалась от диванных подушек, вышла на лестницу и, не торопясь, пошла по улице.

Зеленый глазок такси. И вот она уже едет домой. Рассказывает молчащему таксисту эту историю – интересно зачем? Тот молча дает сигарету.

Входит в свою пустую квартиру – дети на даче. Муж живет у друга.

Пусто. И все же это ее квартира. Это ее дом. Это ее стены. Она столько сил потратила сделать ее уютной живой и, кстати, целой – после отсидки свекрови в сталинском лагере две комнаты были отданы эмгэбэшнику. Потом пришлось делать сложный обмен. И вот когда все сделано и трое детей растут и радуют родителей, с ней происходит «оперная страсть», и буквально выть хочется на этой драматической сцене личной жизни.

Накануне она травила тараканов и предполагала провести ночь у Саши. А теперь легла на раскладушку посреди этого смрада, и ей хорошо. Ей лучше, чем тем двоим, – им предстоит тяжелая ночь.

Чем оно закончится – неважно, главное, что они расстались, и, кажется, на этот раз всерьез.

«Завтра поеду к детям, сменю няньку, а то она совсем одурела: ни денег, ни выходных».

Уже две недели лил страшный дождь.