Кыхма

Он небритой щекой о какую-то тряпку елозит. Где подушка, где одеяло, где шконка капитанская, теплая, мягкая? Огляделся. О, да тут не только шконка пропала. Весь корабль украли! Без следа пропало судно рыболовецкого флота. А его ответственный руководитель плывет на какой-то гладильной доске среди открытого моря. До чего у нас воровство дошло! Виданное ли дело, чтобы при живом капитане целый корабль украсть!

Но делать нечего, взялся грести. Надо самому до берега добираться. Жажда мучит капитана, и есть тоже очень хочется.

– Эх, сейчас бы нам сюда макароны по-флотски, – думает Капитан. Но не сдается, в уныние не впадает, сам себе команды отдает:

– Правой, левой, правой, левой!

Гребет двумя руками, бороздит бескрайние просторы. Совсем изнемог, оголодал, ни тебе берега, ни парохода, ни утлой лодчонки до самого горизонта.

– Эх, сейчас бы нам сюда остров необитаемый, – думает Капитан.

И тут мимо него косяк рыб проплывает. И смотрит капитан, а у каждой рыбы на боку шесть клеточек поверх чешуи нарисованы, и в первой клеточке как будто буковка значится, вроде нашего «т».

– Что за рыбы такие странные, где-то они мне уже попадались, только не помню где, – подумал Капитан.

И так ему рыбных котлет захотелось, что стал он рыб руками подзывать да подманивать. Только рыбы хвостом махнули, и – поминай как звали. Так и заснул на доске изнемогший Капитан несолоно хлебавши.

Проснулся, чует, что-то щеку колет.

– Все-таки надо было побриться, – внутренне признал Капитан. Открыл глаза, смотрит, а моря нет, сперли море, подчистую слямзили, ни одной капли солененькой не оставили.

Огляделся. Мать честная! Кругом степь, вместо волн сопки поднимаются. Ладно – тонуть, ладно – среди акул погибать, но чтобы отважный капитан, как последний ямщик, в степи загибался, про такое ни в одной песне петь не станут.

– Ну, это уже слишком, это уже ни в какие ворота, – думает Капитан, – целое море украсть, куда ж милиция смотрит?

До чего, суки, страну довели!

Обидно ему за державу стало.

– Эх, сейчас бы нам сюда Сталина! – подумал Капитан.

Долго еще он так жаловался, и о твердой власти вздыхал, и о стране сокрушался, и ситуацию политическую рассматривал, и международную обстановку винил. Только голод – не тетка. Пошел Капитан пешком по степи, смотрит – селение.

Ну, слава Богу! Заковылял быстрее. Видит магазин – сельпо.