Зов Юкона

Мы шли на шесте и на бечеве, и волоком через холмы,

Мы лодку сожгли, чтоб гвозди добыть, и новую сделали мы.

Мы на ощупь путь выбирали свой, в тумане кружа наугад,

Мы видели белым полярным днем нескончаемый солнца закат,

Протоку, где хариус тучей кишел, утеса узкий карниз,

Где бились бараны, и сбитый летел с тропы вертикально вниз,

Затон, где лось охлаждал свой пыл, забравшись по брюхо в грязь,

Скалу, с которой угрюмый медведь глядел на нас, не таясь.

Сквозь пену каньона мы плыли вперед, наш путь был ясен и прост —

Туда, где клыкастые морды гор рычали на стадо звезд.

Весна и лето, и осень прошли, жирный блеск покрыл небеса,

А мы все на север, на север брели, сквозь скалы и сквозь леса.

Была надежда, как ночь, слепа, и все-таки пробил час,

И нам открылась наша тропа – Господь не оставил нас:

Кровавыми язвами на ногах, душой, уставшей от бед,

Нащупали мы на мшелых камнях неприметный лосиный след.

И солнце блеснуло свинцом из тьмы, и снова сгустилась мгла

Луна, голодная, как и мы, качаясь, над нами плыла.

Стояла мертвая тишина – мы боялись ее спугнуть:

Оглохшему уху была слышна нездешнего мира жуть.

Придя в себя и отбросив страх, мы стали готовить ночлег,

И вдруг увидели в небесах огней серебряный бег:

Бесшумно они плясали в ночи, блестя сквозь желтый туман,

Как женские ножки, мелькали лучи в тени небесных полян,

И длился, длился их котильон, рождая в душе экстаз,

И мы смотрели, не зная, что он – только для Божьих глаз.

Забыли мы золотой свой сон, задумав иную блажь —

Найти небесный этот огонь, чтобы стал он навеки наш.

Край тундры палево-золотой был словно кровью облит,

На кочках ягель мерцал седой, как мрамор могильных плит.

По ним, меж ними, вперед, в обход – тропа уводила прочь,

И ужас, будто могильный грот, томил наши души всю ночь.

Дрожало небо живым огнем лиловым и голубым,

Опалом, яхонтом, янтарем с мерцанием золотым,

И вдруг – черта на своде ночном, как будто чей-то клинок,

Блистая сталью и серебром, его пополам рассек;

И словно конный отряд пролетел, знамена пронес во мгле,

Мечи сверкнули, и тучи стрел, горя, понеслись к земле.

На камни в ужасе рухнули мы, узрев, как духи огня,

Сошлись на поле небесной тьмы, друг друга разя и гоня.

И дальше пошли мы в рассветный час, болота кончились вдруг,

Туман предгорий окутал нас и небо, и лес вокруг.