Пленница пророчества

– А тебе так хочется умереть?

За весь день из Фэрфакса мне удалось вытянуть только туманные намеки, что мои давние похитители про меня не просто не забыли, но и пылают удвоенным энтузиазмом, желая заполучить меня мертвой. Чем я заслужила такую честь, колдун, как всегда, умолчал.

Похвастаться злодеяниями я не могла. Были, конечно, темные пятна в моей биографии – колкие слова, подслушанные секреты, чересчур требовательные приказы, упреки, скандалы, но у любой девушки таких проступков наберется с горкой. Убивать за это было как-то чересчур.

От мрачных размышлений о прошлом меня уберегло появление приора. Начитавшись трудов Б. Ф., я ожидала увидеть чванливого старца в дорогих одеждах, надменно плывущего по воздуху, потому что пол этого убогого дома недостоин столь великого мага, и так далее и тому подобное.

Наш гость оказался невысоким, толстым, но очень крепким мужчиной с щегольскими, тщательно причесанными рыжеватыми усами. Одет он был в простой коричневый балахон, при себе имел потрепанный кожаный дорожный мешок, по воздуху не левитировал, но передвигался с удивительной для его комплекции быстротой.

– Мой старый друг! – приор приветственно обнял колдуна, едва не оторвав от пола.

– Приветствую, Ормак. – Фэрфакс сдержанно поздоровался, явно не одобряя столь крепкие дружеские объятия. – Очень благодарен, что ты откликнулся на просьбу так скоро.

– Ты же меня знаешь. – Толстяк разомкнул руки и панибратски хлопнул колдуна по плечу. – А кто эта юная и прекрасная дева?

Я не успела и рта раскрыть, как моей ладонью завладели, а потом и вовсе поцеловали.

– Рирариланна Каннингемская, – с трудом выдавила я, когда мужчина выпустил мою ладонь. Немного поразмыслила и добавила, как учили: – Счастлива познакомиться со столь благочестивым господином.

Колдун рядом презрительно фыркнул.

– Итак, правильно ли я понял, что необходимо установить факт родства этого прелестного создания с Уильямом Вторым? Или с Виторией Каннингемской? Кто из этих прекрасных правителей твой родич?

Приор проговорил это с настолько обыденной интонацией, что я окончательно стушевалась и угрюмо взглянула на Фэрфакса.

– Уильямом.

– Ага, – глубокомысленно кивнул Ормак и принялся доставать магические принадлежности из мешка: свечи, пучок сухой травы, толстый фолиант в грубом кожаном переплете.