Пленница пророчества

Вооружившись куском мела, толстяк быстро начал чертить на столе магические символы.

– Столько лет, столько зим от тебя не было вестей. – Он укоризненно кивнул Фэрфаксу. – Мог бы отправлять хоть короткие весточки. Мы, знаешь ли, не считаем, что из-за досадного недоразумения нужно всю жизнь посыпать голову пеплом.

– Удивительно, но я придерживаюсь того же мнения, – холодно откликнулся колдун.

– Ай-ай-ай, все такой же упрямый мальчишка, – Ормак горестно покачал головой и переключил внимание на меня.

 – Я думаю, ты уже это заметила. Как, кстати, тебя занесло в этот край Ниверии?

– А он не сказал? – Я изумленно уставилась на приора. – Он меня похитил!

– Неужели?

– И ужасно со мной обращался!

– Он? – Ормак недоверчиво покосился на колдуна. – Поверить не могу. И что же он делал?

Казалось бы, вот оно: пробил час, когда я обвиняю Фэрфакса во всех смертных грехах и ужасных пытках, но, как назло, слова куда-то потерялись. Собираясь с мыслями, я вдруг сообразила, что ничем действительно ужасным моя обличительная речь похвастаться не может.

Колдун меня похитил, но обращался сносно: кормил, выпускал гулять, а за неповиновение я схлопотала всего лишь пару затрещин. А потом и вовсе практически отпустил. После утреннего инцидента с Делайлой я даже поверила, что вполне легко отделалась. Но останавливаться на полпути принцессе не пристало.

– Он пытал меня каждое утро, – сказала единственное, что пришло мне на ум. – И говорил страшные гадости.

– Пытал? – Ормак озадаченно почесал нос.

– Будил по утрам и заставлял умываться, – подсказал колдун, старательно на меня не глядя.

– И спать не давал!

– Ей в голову взбрело караулить меня по ночам. Пришлось отучать.

– А гадости!.. – я подскочила к колдуну, ткнув кулаком в грудь. – А затрещины!.. А лес!.. Он использовал меня вместо приманки для нечисти!

– А вот за это извини, – неожиданно произнес Фэрфакс. – Это было ошибкой, не нужно было тебя впутывать.

Простые слова, совсем без капли магии, произвели на меня отрезвляющее впечатление.

Я подавилась очередным обвинением и с нескрываемым ужасом взглянула на колдуна. Не говорит же он серьезно?

– За подзатыльник извиняться не буду, – буркнул он, отодвигая меня с дороги и подходя к столу. – И вообще, из-за тебя у меня шрам в половину ноги остался. Давайте уже покончим с этим.

– Дай руку, пожалуйста, – водрузив серебряное блюдце в центр, попросил меня Ормак.