Предания, сказки и мифы западных славян

* * *

Скалу я видала над бурной рекою,

а на скале Крока замок златой;

около замка цветущий весною

Княгини Либуши сад молодой.

В подножии замка домик свободный —

купальня княгини стоит на воде;

княгини я видела лик благородный

платье сияло, все в серебре.

У входа стояла купальни любимой,

глядя в мутный речной поток,

читала слова там, тревогой томима,

что посылает стране ее рок.

«Вижу пожары, кровавые битвы,

острый меч, что тебя проткнет,

вижу беду, поруганье, молитвы —

духом не падай, мой милый народ!»

Тут ей две девы, стоящие сбоку,

подали колыбель золотую;

поцеловала ее – и потоку

бросила дар во глубокие струи.

Слышьте и знайте Либушино слово —

слышала я ее вещий глас:

«Спи тут, ложе сына, когда-то снова

я позову тебя, будет час!

Из темного лона глубокого моря

поднимется новый мир молодой;

широкие липы отцова подворья

распустят душистый свой цвет золотой.

Грусть всю смоет поток весенний,

из ночи родится ясный день:

народ, что славен был когда-то,

новой славы узнает ступень.

Тут на свет Божий из пропасти водной

наверх золотая кроватка всплывет,

и, повинуясь судьбе предреченной,

народ, как младенец, на ней отдохнет».

* * *

Я тебя видела, ложе святое,

знаю, звезда путевая моя!

Жду, как настанет время иное,

время снова увидеть тебя.

Лето за летом без устали мчится,

зима за зимой неуклонно бежит,

незыблема вера в душе хранится,

надежда растет, что на сердце лежит.

Ежели летом вглубь под скалою

кто-то нырнул и уже не всплывет,

если с веселой дружиной зимою

проломится вдруг под санями лед,

вздыхаю: к полкам Либуши, ликуя,

прибыло много новых борцов!

Будет ли время, когда отдохну я?

Ах, нет еще, этот час не готов!

Так в книгах судьбы написано было,

слышьте и знайте весть мою:

«Придет рассвет, в то благое утро,

мертвые встанут в родном краю.

Тогда Либуша с полком великим

войско свое поднимет из вод,

и руку подняв материнскую, кликом

к славе направит чешский народ!»

* * *

Видела храм я над Орлицей речкой,

слышала я золотой его звон,

когда еще честь страны нашей чешской

не разорвал лютой страсти гон.

Когда в Чехии к Богу почтенье забылось:

вера, любовь и надежда остыли,

храм глубоко под землею сокрылся,

воды то место залили.