Божественная комедия

79 От состраданья к ним изнемогала

Моя душа, и был я поражен,

Когда близ нас собрание предстало

82 Известнейших мужей и славных жен.

И я сказал: «Мне хочется, Вергилий,

Речь повести с четой теней, как сон,

85 Скользящей и несущейся без крылий».

«Пусть ближе налетят они, тогда, –

Сказал поэт, – мы можем без усилий

88 Для той беседы вызвать их сюда,

Любовью, их связавшей, заклиная».

Вот дунул ветр. Как облаков гряда

91 Несется, воли собственной не зная,

Приблизились к нам тени.

Оживясь,

Воскликнул я, к себе их призывая:

94 «О, страждущие тени! Если нас

Беседой подарить вы в состоянье,

Поговорите с нами!» Как подчас,

97 При радостном, веселом воркованье

К родимым гнездам голуби летят,

Так при моем невольном восклицанье

100 Чета теней, сквозь общий вихрь и смрад,

Толпу тех душ покинув, где стояла

Несчастная Дидона, – тихо, в ряд,

103 Порхнула к нам. Одна из них сказала:

«Ты, ради нас сошедший в эту тьму,

Ты, чья душа к нам жалость испытала,

106 Хотя преступны все мы, – твоему

Величию не можем не дивиться,

И если бы, в грехах своих, Ему,

109 Творцу миров, мы смели помолиться,

Просили б мы, чтоб мир и благодать

На голову твою могли спуститься

112 За то, что нам ты можешь сострадать.

О, говори – тебя мы слушать станем,

Расспрашивай – мы станем отвечать,

115 Пока в пучину бездны вновь не канем…

Мой край родной – на берегу морском,

Где волны По бегут, подобно ланям,

118 Теряясь в океане голубом.

Любовь, души прекрасная подруга,

В груди Паоло вспыхнула огнем.

121 Он был пленен той красотою юга,

Которая была во мне и вдруг

Исчезла от жестокости супруга.

124 Любовь – призыв души, как сладкий звук,

Откликнулась в душе моей любовью,

Которая не убоялась мук,

127 Не умерла, хоть истекала кровью.

Любовь нас к ранней смерти привела, –

Но казнь – братоубийце! К изголовью

130 Его, так много сделавшего зла,

Должны спуститься адские страданья…»[26 - «Ты, ради нас сошедший в эту тьму…» – Так говорит у Данте прекрасная Франческа, дочь Гвидо да Полента, владельца Равенны.

Насильно обвенчанная с Джианчиотто, старшим сыном Малатесты, владельца Римини, она любила его младшего брата Паоло. Джианчиотто был безобразен, хром, зол и скуп; Паоло же был прекрасен, добр, щедр и страстно любил Франческу. Ревнивый муж узнал о любви своей жены к Паоло и умертвил их обоих.]

Умолкла тень.