Песенник

Молодой человек, тощий, как спичка, с длинными волосами, в круглых зеркальных очках, косухе, рваных джинсах и кедах играл на электрогитаре и пел:

На полчаса туда где ты

Носила белые банты

На полчаса туда где я

Был капитаном корабля

«Вот блин, а я без Ромы!» – опечалилась Люся. Но тут же сообразила, что её друг как раз не одобрил бы такое издевательство над своей любимой песней, ведь длинноволосый музыкант исполнял её в колхозно-панковской манере, да ещё и с украинским акцентом. На шипящем комбоусилителе красовалась надпись «Гарик Спичка», рядом лежала кепка с мелочью.

Люся бросила в неё пятьдесят рублей.

– Сценический псевдоним у вас, конечно, просто огонь, – сказала Люся, когда музыкант допел песню.

– Это не псевдоним! – возмутился Гарик Спичка, – это моё имя!

Он достал из заднего кармана джинсов синий паспорт и раскрыл перед лицом слушательницы. В нём украинским по жёлто-голубому было написано: «Спiчка Iгор Олександрович». Люся успела также заметить, что он старше её на два года.

– Вот как, – ответила она с интересом, – нечасто такое встретишь, чтобы в переходе «Браво» играли.

– Я сам их играю нечасто. В основном панк-рок: Летова там, «Адаптацию». Но нужно ведь расширять репертуар, – музыкант театральным жестом опустил очки и подмигнул. Так Люся выяснила, что у украинского панка невероятно красивые голубые глаза.

За полтора часа, которые оставались до прихода домой вовремя (Миша строго следил за временем), Гарик рассказал, что приехал автостопом, остановился у друзей, не знает точно, сколько здесь задержится – он вообще постоянно путешествует, в каждом городе бывшего СССР у него друзья, и сыграл штук десять песен, ни одной из которых Люся, к своему стыду, не знала, но все одобрила; особенно её развеселила песня про какого-то Саню Башлачёва, который догоревшим солнышком вниз на землю ёбнулся[5 - Песня группы «Адаптация» – «Про дома», автор музыки и текста – Ермен «Анти» Ержанов.

]. Поняв, что новая знакомая не знает, о ком идёт речь, музыкант с воодушевлением поведал о своём идейном предшественнике, выпавшем из окна в возрасте двадцати семи лет, а заодно о понятии «Клуб 27». Потом он, было, переключился на рассказ о сибирском экзистенциальном панке, но тут Люся, взглянув на часы, ахнула, и бросив Гарику нечто вроде «Была рада познакомиться», побежала домой. Миша увлечённо отстреливал монстров по ту сторону монитора, и это было хорошо.

Началась пассажирская практика.